«Раздели догола, надели на уши медные провода и пустили ток»: Арестованный в Крыму украинский журналист Есипенко рассказал о пытках ФСБ

прочтения: 6605
19.11.2021 12:16

Журналист «Радио Свобода» Владислав Есипенко, которого задерживали в аннексированном Крыму по подозрению в работе на украинскую разведку, заявил, что дал под пытками признательные показания.

Об этом сообщает «Новая газета», которой Есипенко отправил письмо.

Как известно, ФСБ задержала Есипенко по подозрению в том, что он фотографировал и снимал на видео местность, объекты жизнеобеспечения и места массового пребывания людей. Мужчину задержали «с целью исключения проведения Есипенко подрывных акций в интересах украинских спецслужб». В его машине якобы нашли самодельное взрывное устройство. Также в ФСБ заявили, что Есипенко работал на Службу внешней разведки Украины.

Через неделю после задержания ФСБ, Есипенко дал эксклюзивное «интервью» представителю проекта «Крым 24», региональному подразделению телеканала «Россия 24». Представитель все время подчеркивал: он задает вопросы в СИЗО сотруднику американского медиа, что уже само по себе — негативная характеристика.

Издание отмечает, что у Есипенко не было ни малейшей возможности избежать разговора под камеру в кабинете следователей ФСБ. В противном случае к нему бы, как можно судить, снова применили «меры воздействия».

В этом «интервью» журналист подтвердил, что работал на украинские спецслужбы и снимал для них фото и видео, в том числе в местах массового скопления людей. А в его машине российские силовики обнаружили самодельное взрывное устройство.

При этом жена Владислава, Екатерина, обратила внимание на непропорциональные очертания туловища мужа. Она предположила: под свитером был корсет либо что-то подобное, что помогало сидеть за столом после побоев.

Стоит отметить, что репортеру вменили статью 223.1 УК РФ («Незаконное изготовление взрывчатых веществ, переделка либо ремонт взрывных устройств»), а чуть позже добавили еще статью 222 УК РФ («Незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов»). Санкции обеих статей предусматривают до 12 лет лишения свободы.

При этом статья «Шпионаж в пользу Украины» — изначально эфэсбэшники заявили о поимке шпиона — в обвинительном акте не значилась.

Сам Есипенко после того как к нему, спустя месяц, допустили независимых адвокатов, заявил о пытках. Он подвергался им непрерывно двое суток кряду после задержания, как сообщил журналистам в Киеве адвокат Алексей Ладин. От услуг адвоката по назначению, Виолетты Синеглазовой, репортер отказался. И в апреле официально отказался от признания вины, написав заявление.

Заявлению дали ход — формальный. Внутренняя проверка ни к чему не привела. Оперативные сотрудники спецслужб сообщили, что никого не пытали, а, напротив, сначала даже отпустили репортера домой и лишь на следующий день взяли под стражу.

В июле в Симферопольском районном суде под председательством судьи Длявера Берберова началось рассмотрение дела по существу. Адвокатом Есипенко выступил известный российский правозащитник Дмитрий Динзе, общественным защитником стал митрополит Симферопольский и Крымский Православной церкви Украины (ПЦУ) Климент. Тогда же обнаружилось: экспертиза не нашла на самодельной гранате отпечатков пальцев Есипенко, по которым можно было бы его идентифицировать.

На судебных заседаниях Есипенко детально рассказал, как именно из него выбивали нужные показания. Вот лишь фрагмент:

«…Меня раздели догола и надели на уши медные провода. Я пытался сопротивляться, но, поскольку я был нагим и в наручниках, у меня ничего не вышло. Ко мне подключили провода и пустили ток. Боль была такая, что у меня мозги закипали и глаза взрывались… Я сильно кричал, просил, чтобы так не делали, но это продолжалось… Я кричал и просил: что мне сделать, я подпишу документы, только остановитесь».

Владислав Есипенко сообщил суду, что кроме физических издевательств, к нему применялись и психологические.

«На тот момент я был подавлен и понимал, что если сейчас не буду давать признательные показания, то меня просто сделают инвалидом либо убьют».

Последнее выездное заседание суда состоялось 16 ноября в закрытом режиме.

«Новая газета» публикует письмо Владислава Есипенко главному редактору Дмитрию Муратову и считает необходимым и важным немедленное вмешательство Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) по защите прав человека в местах принудительного содержания и проверку со стороны Совета по правам человека при президенте РФ.

Приводим часть письма, в котором Есипенко рассказал о пытках:

«Я более четырех лет ездил в Крым как журналист «Радио Свобода» (проект «Крым.Реалии»), выполняя редакционные задания, связанные с социальной жизнью крымчан, политическими событиями и экологией региона.

10 марта 2021 года я был незаконно задержан оперативными сотрудниками ФСБ по дороге в Алушту. Во время так называемого обыска в мой автомобиль эфэсбэшники подбросили гранату, а когда я отказался без адвоката подписывать протоколы, мне объяснили, что сейчас мы поедем в другое место, где я подпишу любые документы.

Примерно через час меня привезли к незнакомому зданию, завели в подвал и, раздев догола, начали подключать электрический ток, надев провода с петлями на уши. От невыносимой боли я начал кричать. Но пытку прекращали только для того, чтобы задать очередной вопрос. Через некоторое время, видимо, главный сотрудник ФСБ заявил, что я недостаточно откровенен с ними, поэтому должен принять упор лежа и отжиматься. Когда силы заканчивались и я падал на пол, меня начинали бить ногами, стараясь попасть по рукам, ногам и в пах.

Пытки током и избиения продолжались всю ночь. Утром следующего дня меня отвезли в УФСБ города Симферополя, где я подписал «признательные показания».

6 апреля 2021 года на суде при первой встрече с независимыми адвокатами я заявил о пытках и издевательствах в отношении меня сотрудниками ФСБ.

После чего, примерно через неделю, меня из УФСБ вывезли в подвал (в Симферополе). Я ожидал очередных пыток, но в этот раз сотрудники ФСБ заявили, что меня «будут «урабатывать», пока не сдохну, если не буду давать признательных показаний». Угрозы пыток и убийства с их стороны продолжались до начала рассмотрения моего дела в суде по существу.

В настоящий момент на судах вместе с адвокатами я пытаюсь доказать свою невиновность, понимая, что ФСБ в Крыму «осечек» не допускает — у них стопроцентная раскрываемость.

В СИЗО я познакомился с Константином Ширингом. Ему 61 год, обвиняется по ст. 275 — «Государственная измена». Так же, как и меня, его пытали током, но провода с током подключали не к ушам, а к гениталиям.

На следственных действиях я познакомился с тремя парнями, которых обвиняют в том, что они якобы хотели взорвать рынок в Симферополе. На момент задержания самому молодому из них — Валентину Хорошавину — исполнилось 18 лет. Парни не сдаются, не признают вину, понимая, что им светит срок от 10 до 20 лет лишения свободы. Таких фактов достаточно много, когда ФСБ методом пыток и шантажа фабрикует дела в отношении задержанных и показывает Москве хорошую статистику по «шпионам», «диверсантам» и «членам запрещенных организаций».

Напомним, как ФСБ задержала в оккупированном Крыму экс-депутата горсовета Ялты, который якобы работал на СБУ.

    Фотофакт