«У каждого есть свой порог, у меня он настал»: Как украинка уехала из Одессы в Эстонию

прочтения: 37338
10.05.2022 16:23

Девушка Татьяна родилась в Николаеве, но уже несколько лет живет в Одессе. Во времена студенчества она жила заграницей долгое время, умеет адаптироваться и быстро принимает предложенные обстоятельства. Но к войне привыкнуть тяжело. Татьяна уехала в Эстонию и, как это сейчас происходит у многих, дорога - это то, о чем стоит рассказать. Она поделилась с нами своей историей, а мы хотим передать ее вам.

У КАЖДОГО ЕСТЬ ВОТ ЭТОТ ПОРОГ И У МЕНЯ ОН НАСТАЛ

24 февраля я проснулась от взрывов, как и вся страна. Мне было тревожно, но я не подумала о войне и почти сразу уснула. Через час меня разбудила Алена – моя соседка по квартире. Я открыла глаза, она сказала: «Таня, началось». Я сразу поняла, что.

Как только стало светло, я пошла в супермаркет, там внутри есть банкомат. Никакой очереди по началу не было, я начала снимать деньги, но у меня была достаточно большая сумма на карте, поэтому это заняло какое-то время. Пока я снимала наличку, сзади подошел мужчина, недолго постоял и стал нервничать: «Почему так долго, миллионерша?».

Потом я купила в этом же супермаркете продукты. Пока ходила по рядам, у банкомата и на кассах уже образовалась огромная очередь. В сам магазин тоже пришло очень много людей. Они, в основном, брали консервы, крупы, спички. Началась проблема с оплатой картой, монобанк или приват (точно не помню) не срабатывал. Кто-то смеялся как-то нервно. Мне было вообще не смешно – ни тогда, ни, тем более, сейчас.

Какое-то время я оставалась в Одессе, но было очень тревожно. Постоянные сообщения, что нас охраняет Николаев, что там держатся, а у меня там родители. Они вообще не привыкли что-то рассказывать, жаловаться, с них слова не вытащишь. Но есть же еще друзья, пресса. Писали о взрывах, об обстрелах. Потом русские вообще в город зашли, губернатор до этого сказал, что город будет в «круговой обороне». Слова вообще страшные такие. Как не с этого века.

Мне многие говорили: «Таня, уезжай». Все иностранные партнеры, с которыми я работала, писали, спрашивали, почему я еще в Одессе. Говорили, что очень опасно. Я сначала старалась игнорировать, но становилось еще страшнее. В какой-то момент стало так страшно, что я больше не смогла. У каждого есть вот этот порог, у меня он настал. Я стала искать билеты на Западную, во Львов.

ЭТО КАКАЯ-ТО ТРАГЕДИЯ, ОНА ВЕЗДЕ

Я не знала, буду ли я оставаться во Львове, или поеду дальше, хотелось просто уехать туда, где не будешь ждать прилета каждый день. С билетами на тот момент уже сложно было, мне посоветовали каждый день мониторить сайт, чтоб выхватить билет и мне повезло. Я купила себе два места – плацкарт и купе, так получилось.

Собралась и поехала на вокзал. На перроне было очень много людей. Я познакомилась с семьей – парень, девушка и ребенок лет шести. Пока мы говорили, выяснилось, что у девушки нет билета. Ее муж подходил к проводнице, чтоб ее пустили с ребенком, но там вроде не соглашались. Тогда я вспомнила, что у меня есть билет и отдала им купе. Проводница пропустила, хотя там было мое имя. Взаимовыручка сейчас срабатывает в 9 из 10 случаев.

Мы доехали до Львова, там на вокзале людей еще больше, чем в Одессе. Все спят просто на полу, на одеялах, под одеялами. Дети, женщины. Прямо под кассами, в залах, в платных залах. Это какая-то трагедия, она прямо везде.

Еще так получилось, нам в поезде, уже ближе ко Львову раздали пайки, но мало кто хотел. Как-то вышло, что я взяла на весь вагон. Сама поела, а остальное и отдала этим людям на вокзале. Пока ехали, мой знакомый с Одессы помог найти девочку, которая бесплатно пустила к себе домой.

Мы приехали во Львов поздно, в два часа ночи, у них тогда еще не было комендантского часа. Когда подъехали, девочка не брала трубку, таксист достал фонарик, и мы подсветили окна. Нас вселили в гостевой домик, и мы прожили там дней пять-шесть. Денег с нас никто не взял. За то время, пока мы там жили, к нам подселилась семья из Киева, получается, мы ночевали в домике вшестером – два человека на раскладушке, один на полу и три на кровати.

«ВЕЗЕТ ВАМ, НАМ ЕЩЕ СУТКИ ЕХАТЬ»

Нам сказали, что есть автобусы, которые бесплатно везут в Польшу – они доставляют гуманитарную помощь в Украину, а потом едут пустыми. Нам дали контакты, мы уже собрались, но нам так никто и не ответил. Хорошо, что в ходе ожидания этих автобусов, появился еще один вариант – поехать автобусом до Литвы по такому же принципу.

Дорога была очень тяжелая. Вообще было странно наблюдать за окружающими. В стране война, это не укладывается в голове, а тут люди спят. В эту ночь как раз была бомбежка Энергодара, я сидела и думала: «Сейчас может быть второй Чернобыль, а люди спят». Странное ощущение, как какая-то нереальность происходящего.

С нами еще русские ехали, семья, они ехали через Таллин в Питер. Сзади нас сидела мама с дочкой, поглядывали постоянно на нас. Как будто это мы к ним вторглись в страну. А мужчина сидел впереди нас, пытался разговаривать с нами. А когда мы вышли в Таллинне, сказал: «Везет вам, нам еще сутки ехать». Я остолбенела от этих слов и сказала: «Ну, мы эту поездку вообще не планировали». И он замолчал. Да, везет нам. Нам очень везет.

В Таллине нам помогли с квартирой эстонские украинцы и конечно же сами эстонцы. Вообще, удивительно наблюдать за тем, как нас везде много и как это все переплетается. Мы сейчас все – как одно. В Эстонии я познакомилась с киевлянами, у них был начальник из Великобритании, он вначале войны всех своих сотрудников вывез из Украины в Эстонию. Скорее всего на совсем, если смогут и захотят адаптироваться.

ЭТА БЕЗЗАБОТНОСТЬ СИЛЬНО БРОСАЕТСЯ В ГЛАЗА

В самом Таллинне местные относятся к нам хорошо, помогают. Есть русские, некоторые стараются помочь, но много историй о том, что им не нравится, что, мол, «для украинцев все на блюдечке». Они не хотят понимать или реально не понимают, в каком мы положении сейчас и что такое для нас «на блюдечке». Какая-то слепота.

Есть еще интересные моменты, в соцсетях, в местных группах по типу «Отдам даром, Эстония» некоторые россияне пишут что-то вроде: «Переименуйте уже группу «Отдам даром украинцам». Но таких комментариев, правда, меньше.

В самой Эстонии, лично для нас, проблемы с медобслуживанием. На сайтах пишут, что медицина должна быть бесплатной для беженцев, но по факту это большая морока. Для того, чтоб получить помощь, надо встать на учет к семейному врачу, его нужно искать самостоятельно, но никто не хочет брать украинцев, особенно, учитывая, что у нас нет страховки. Или могут по телефону сказать, мол, приезжайте, заполняйте форму, ты приезжаешь, а тебе ничего не дают, только в другую больницу посылают. Очень неприятно, сразу понимаешь, что никому ты не и нужен, кроме своей страны. Но я не хочу, конечно, жаловаться, Эстония помогает, это дорогого стоит. Просто сильно скучаю по Украине.

Вообще, мне казалось, будет легче, я ведь жила заграницей достаточно долго и было просто. Но контекст совершенно другой. Я благодарна тому, что в безопасности, нет тревог, ничего не летает. Но очень тоскливо и грустно, даже когда стараюсь с местными общаться, улыбаться, понимаю, что все это не по-настоящему, что я сейчас не хочу улыбаться. И постоянное ощущение, что нас тут все равно не понимают. Эта беззаботность, она сейчас сильно бросается в глаза. В голове только мысли что о войне, о родной стране, а тут как будто все и хорошо. Это сильный резонанс.

Создается ощущение, что мы все резко выросли. Ребячество ушло, кажется, весело уже никогда не будет. Я понимаю, победим обязательно, но как это все забыть? Этого не понимаю.

Но я, как и многие украинцы, не хочу опускать руки и стараюсь себя занимать. Волонтеры нужны везде. Недавно была на мероприятии для украинских детей в Таллине. Местный художник азербайджанского происхождения Ровшан Нур провел мастер-класс по рисованию, я была переводчиком. Пришло много деток, они рисовали, играли, улыбались. Очень «лечит» на них смотреть. На то, как они улыбаются, они же всегда искренние. Понимаешь - если дети улыбаются, значит все будет хорошо. Значит в жизни очень много добра. А добро всегда побеждает.

    Фотофакт