Николаев - люлька украинской полиции нравов

прочтения: 5527
21.05.2020 17:09

Пролог

Карантин сузил темы для обсуждения, а, стало быть, можно погружаться в думы о былом. До 90-х вроде бы и рукой подать, однако уже прошлый век, о котором так и тянет поговорить.

Тот факт, что Николаев – колыбель украинской полиции или милиции нравов - для знатоков истории правоохранительных органов событие признанное. Не лишне дополнить подробным обзором хронику учреждения с целью ужать до минимума диапазон домыслов и приляпывания к процессу.

Необходимо напомнить уважаемым читателям, что расцвет деятельности украинских общественных организаций приходится на президентство Кучмы.

Без преувеличения можно утверждать, что Леонид Данилович - луч света в темном царстве, скажем, в сравнении с предыдущем правителем Петром Порошенко. Последнему удалось успешно подменить гражданское общество активистским, срежиссировать под майонезом «патриотизма и зрады» преследования, надругательство над личностью и презрение к человеческим правам и жизни.

Активисты-пассионарии совместно с властью и народными депутатами «Выборов-2014» уложили в могилу украинское правозащитное движение.

Как доказательство вины, несвоевременный акт введения адвокатской монополии, который подобно секире, злой и коварной, грубо усёк возможность поиска справедливости в судах украинцам.

Плодотворные кучмовские условия, побудили группу горожанок к созданию независимой женской ассоциации «ДАНА», целями которой была поддержка развития женского предпринимательства, защита прав, содействие избранию женщин в представительские органы. Вот такое случилось диво-дивное в жесткой патриархальной стране, где все ресурсы сосредоточены в руках у мужчин.

28 сентября 1995 года свидетельство о рождении получила первая в Николаеве независимая женская организация с уставом, прописанными целями и задачами, со связями во власти и бизнесе, мобильная, подвижная и целеустремленная. В текущем году мы отметим юбилей – 25 лет!

Тогдашний губернатор Николаевщины всесильный Николай Петрович Круглов не оставил новорожденную без внимания, и нагрузил обязанностями заботливой нянюшки свою помощницу Галину Петровну Несвет, выпускницу философского факультета КГУ.

Летопись ОНЖА «ДАНА» читается как первоклассный бестселлер. Настоящая статья это пяток страниц повести о лоббировании создания в системе МВД Украины отдела по борьбе с торговлей женщинами и другими преступлениями в сфере общественной морали. Это наш, и мой личный, реальный успех, в котором можно убедиться, посетив полицию нравов сегодня!

На фото Координационный Совет Ассоциации «ДАНА» образца осени 1997 года.

Но, как говорят мои парижские друзья - Revenons à nos moutons !

1. Гражданское общество в поисках решений

Стартом в информационно-лоббистской деятельности организации «ДАНА» по созданию отдела, послужил проект «Женщины на изломе времени», который я написала буквально за неделю. В декабре 1997 года Женский Консорциум с офисом в Киеве, филиал одноименной американской организации, проект одобрил и профинансировал первый транш. Нашим консультантом и наставником была Элла Ламах. Она и натолкнула меня на горячую тему - «экспорт украинок за кордон для сексуальной эксплуатации».

Проблему сексуального рабства в Украине монополизировала НПО «Ла страда-Украина», которая получала под проекты пухлые финансовые вливания от зарубежных доноров и пропроститутского лобби. Деятельность сей организация напоминала «эффект стекольщика» - чем больше битых стекол, тем жирнее навар.

«Ла-страдницы» принимали на свою киевскую «горячую линию» заявления от «сексуально угнетённых» украинок, покупали пострадавшим билет на самолет в Украину, но проходила время, и «жертвы рабства» утекали обратно в Европу, в «оковы!». Таков был круговорот под винегрет словосочетаний о защите прав женщин.

Мой простой план, состоящий из 3 пунктов, имел предназначение разорвать украинский замкнутый круг, очертить реальные пути выхода из circulus vitiosus:

1. - Создание в системе МВД Украины специальных отделов борьбы с торговлей живым товаром.

2. - Криминализация проституции в Украине. Редкая мировая практика, но единственный путь для локализации проблемы – торговли женщинами из Украины.

3. - Признание - trafficking in women from Ukraine- транснациональным преступлением.

Все три пункта имели нулевой фундамент, но умные, прагматичные американцы мой план приняли, одобрили и поддержали. Сопротивлялись замыслу и образу действия украинцы, мотив – они были выгодополучателями от торговли людьми.

Отдельные проекты для каждого пункта стоили более трёх лет напряженной, упорной и опасной работы.

2. Ольга Видонова как информационный феномен

Всеукраинской героиней информационного бума вокруг traffic женщин для проституции в 90-х годах стала Ольга Видонова, жительница Николаева, предтеча Оксаны Макар и врадиевской эпопеи. Так как она сама искала популярности, то никогда не скрывала ни своей фамилии, ни лица, не пряталась от объективов и журналистов, ввиду этого, спешу вас уверить, что имя и фамилия подлинные.

Имена и фамилии «девочек» и сутенеров изменены, но история изложена строго в контексте реальных событий.

Самой Ольги уже нет в живых, а то бы она охотно пролила свет на чреду явлений своей короткой, но экстремальной жизни, по её же словам - всегда на грани. Собственно говоря, ниже это её свидетельства о злоключениях в Греции.

Про Видонову нам рассказал майор Трушников, сотрудник УВД области. Николай Николаевич трудился в крохотном кабинете на первом этаже главного крыла в здании на Спасской. Майор занимался проблемами женщин-жертв торговли людьми и проститутками.

У меня остались только положительные эмоции от совместной работы с майором Николаем Трушниковым. Во-первых, он был открытым, работящим, держал слово, и знал толк в оперативной работе. Во-вторых, его отличала добропорядочность и бескорыстие. Скорее всего, Николай Николаевич был «белой вороной» в милиции, но нашему сотрудничеству это шло только на пользу. Не терплю корыстолюбцев в деле!

Видонову майор Трушников вытаскивал из секс-рабства в Германии.

Её работодателем был немец, назовем его условно Michael (Михель). Ольга жила в доме сутенера, и «обслуживала» его гостей. Бывшая воспитательница одного из николаевских детских садов, подвижная, спортивная и привлекательная, обладала взрывным холерическим темпераментом, долго не могла усидеть на месте и имела склонность к разоблачительству, в психиатрии – мания сутяжничества.

По всей вероятности, Michael был никчемным психологом, не разгадав этой роковой черты в повадках своей «рабыни» . Ольге очень скоро наскучила роль наложницы, и она связалась с Трушниковым. Наш УВД просигналил Интерполу, те германской полиции, и колесо закрутилось с немыслимой скоростью. Немецкие полицаи арестовали сутенера Михеля, и начали следствие. Ольгу немедленно депортировали из страны, но как-то брезгливо поспешно. Она благополучно вернулась домой. Затем, съездила на суд в Германию, засветилась в тамошних СМИ, показав себя настоящим кладом открытости для громко орущих правозащитников и пронырливых журналистов.

После диковинной жизни с немцами, николаевская бытовая подлива её не радовала – строгая мама- учительница, малолетний сынишка-школьник, заботы о хлебе насущном. Воспитательницей на прежнее место работы не взяли, а заниматься тяжким трудом – душа не лежала.

Вербовщик предложил ей «поработать» в Греции, и она легко согласилась.

Апрель. 1998 год. Переходили границу Болгарии с Грецией конспиративно. Молча, затылок в затылок, рюкзаки за спинами. А чемоданы с поклажей навьючили на лошадей. Пока двигались – пить спиртное запрещалось. Проводники особо не церемонились, могли прибить.

Так нелегальными тропами добрались до Салоников. Ольга попала в группу придорожной обслуги. Старый, седой грек выбирал девушек как цыган лошадей на ярмарке. Заглядывал в рот, смотрел зубы, щупал за грудь, заставлял оголиться. Оценивая, противно причмокивал и пускал слюну…

Украинки табором примостились в тени смоковницы, потянулись в рюкзаки за выпивкой. Центровой украинского крыла заявила себя Галя Стасюк. На родине, в Николаеве, она торговала американскими окорочками на рынке. Шумная, черноволосая, скандальная, бойкая деваха как-то сразу расставила всех на свои места. Ольга пыталась претендовать на заглавную роль, но потерпела фиаско, Стасючка приглянулась и хозяину греку, с ученым именем Птоломей, которого она тут же окрестила Толиком. Он поплыл, схватил Галю ниже спины и чуть было не поволок в кусты, но суровый голос торговца спустил его на землю.

- Отобрал товар, расплатись. И пожмем друг другу руки как добрые друзья, - сердито сказал болгарин, измученный походом по горным контрабандным тропам.

Они долго о чем-то толковали, сидя за деревянным столом. Болгарин небрежно подвинул греку пакет с паспортами украинок. Затем мужчины пожали друг другу руки, сделка состоялась.

Птоломей загрузил девушек и вещи в микроавтобус. Они еще некоторое время тащились по улицам Салоников. Сквозь задернутые шторки на окнах автобуса сочился запах моря, гудел порт, на открытых площадках кафе избалованные туристы потягивали Murphy's из бокалов тонкого стекла, сидя в тени зонтов, катались в открытых ландо по узким улочкам города, загорали на пляжах, и даже не догадывались о робких, жадно следящих за ними, глазах украинок в стареньком фольксвагене грека Птоломея-Толика, мчавшем их навстречу неизвестности.

К Ольге прибилась стройная, кроткая учительница Юля Прокопенко. Ей почти год задерживали зарплату. Впрочем, как и всем учителям. Семью кормила свекровь. Она трудилась поварихой в столовой. Таскала в дом мясо, масло, яйца. Свекор пил и осыпал молодых упреками за нахлебничество. Мужу задолжали заработок на ЧСЗ. Дочка Марина болела бронхитом и чахла. Дом напоминал темную комнату без окон, куда возвращаться было тяжело и нехорошо.

Верно заметил тогдашний депутат Анатолий Компаниец то, что учителям не было на что купить резинку в трусы. Так и ходили, придерживая важную часть туалета руками.

Юльку уговорила пуститься в поисках заработка школьная подружка Снежана, но её саму муж не пустил. А Юлькин благоверный даже обрадовался, езжай, мол, зарабатывай….

В целом, компания собралась разношерстая. Две подружки, студентки «аграрки» из Весняного, держались особняком. Беленькую, кудрявую звали Ирой, вторую, крашенную в ярко рыжий цвет, Богданой.

Толстенькая и коротконогая Диана, с прозвищем Баржа из Намыва, постоянно клевала носом, а её напарница Леся, любительница высоченных каблуков, не давала окружающим продыху от восторгов.

Баржа была профессиональной проституткой. Её бабушка приторговывала наркотой, мама некоторое время содержала притон. Но получила срок, отсидела, вышла с прогрессирующей чахоткой, и, по большей части , валялась на койке туббольницы в Сливино. Диана Баржа была не злой барышней, но хитрой и мстительной. Она сразу невзлюбила тихую, покорную товарку Гали Ксюху. Та исправно «стучала» Стасючке на девочек, а как известно, ябедничество и доносительство всегда считалось занятием наказуемым. Остроумная Ольга окрестила Ксюху «радисткой Кэт», а Стасючке дала прозвище – Капо.

Грек Птоломей крутил баранку, подсчитывал в умишке профит. Он плохо учился в школе, и не знал, что Древнюю Грецию погубили похоть, лень и разврат. Для старого сводника эти украинки были всего лишь секс – машинами, спермовыжималками, трансформаторами мужского семя и людского порока в звонкую монету.

Салоники окружает масса мелких селений, которые охотно навещают туристы и путешественники. В одном из таких пунктов Птоломей держал купленных украинок. Длинная комната, с окнами у самого потолка, узкий проход между двухъярусными кроватями, личные тумбочки и объемный общий шкаф. В декорациях все напоминало лагерный барак из старых советских фильмов.

Курили, не выходя из спальни. Пили и ели в короткие промежутки отдыха за узким деревянным столом. Мылись в душевой на улице.

Прошло три месяца. Студентка Ира шумно отметила свое 19-летие. Свободные от работы девочки пили греческий коньяк, заедали рыбой и мясом. Праздник завершился нешуточной потасовкой. Девушки дрались молча и свирепо. Баржа бросилась с ножом на Ксюшу. Ольга чудом выбила лезвие из её рук. Баржа злобно рассмеялась, и показательно провела себя пальцами по горлу.

На несчастье Ксюши, Галя-капо тешилась с двумя немками, а когда ей донесли о стычке, съездила Барже в ухо. Та зашипела от злости по-змеиному, но отвечать физически сильной Капо Гале не стала. Да и какая невидаль, драки скорее были правилом, чем исключением, своеобразной психологической разгрузкой.

Частенько девочек избивали клиенты. Но настоящая опасность крылась в инфекциях (ИППП) и ВИЧ-е. Все чаще появлялись наркотики. Случалось так, что график вызовов к клиентам оказывался очень плотным, и к обеду измотанное тело давало сбои, «доза» облегчала участь. «Толик» своих работниц не жалел. Профсоюза у них не было. Однако рабство в полном объёме.

Местами, вспоминая греческий кошмар, Ольга украдкой смахивала слезы. Особым воспоминанием была тихая и безропотная Юля. Она беспомощно барахталась в море зла и жестокости, перенося издевательства клиентов, побои товарок, тоску по дочке, и осознание того, в какую страшную яму она попала. Юля все чаще тихо плакала, накрыв голову одеялом. Со временем она замолчала, и только жалко улыбалась.

Глядя на её страдания, Ольга приняла решение – «рвать когти», и вытащить Юльку.

- Нам бы только до Николаева добраться, - утешала она подружку. – У меня много корешей, они поддержат. Дочку заберешь. Пока поживешь у меня на Пушкинской.

Ольга начала искать возможности связаться по телефону с майором Трушниковым. Помог улыбчивый швед, дал свой мобильник. В трубке ответил знакомый голос, Ольга умоляла о помощи такой далекий, но такой родной Николаев.

Учительница младших классов Юля Прокопенко была депортирована из Салоников в Николаев вместе с Ольгой Видоновой. Спустя полгода она умерла от пневмонии, потеряв иммунитет на фоне заражения ВИЧ-инфекцией. Дочку с трудом оторвали от гроба, оббитого дешевой голубой материей. Ольга обняла за плечи рыдающего мужа Юли, и шепотом попросила прощения.

Студентки «аграрки» Ира и Богдана бесследно исчезли в Греции. Прошла уйма лет, а их матери ставят свечи к образам, оплакивая дочерей.

Ксюшу подсадила «на иглу» Баржа. «Радистка Кэт» вскоре умерла от передоза в грязном номере дешевой греческой гостиницы.

Торговка американскими окорочками Галя - Капо, вернулась в Николаев с небольшими деньгами и целой корзиной опыта , некоторое время ловила удачу перед «Соткой». Затем бросила легкое ремесло. Занялась риэлторством , кто же у нас не занимался этим «благородным» делом. В наше время прослыла активисткой с «новым лицом».

Баржа вышла замуж за старого грека. Держит небольшую гостиницу под Салониками, и поучает своих соотечественников, украинцев, жизни. Зигзаг удачи!

Продолжение следует…

Комментарии сюда: https://www.facebook.com/elena.kabashnaya

Блоги
Елена Кабашная

Гражданский журналист, издатель экологического вестника "Гражданин знающий"


Уроки падения Ачи-Кале. Диалоги с Анатолием Дюминым
Николаев - люлька украинской полиции нравов
Хозяин Буга и лоция горожанам: не покупай!
Как будто не все пересчитаны звезды. Диалоги с Анатолием Дюминым
Люди и маски. Варваровка в красках
Похоже, что пора вводить «хлебные карточки»?
Корона-кризис – время нагреть руки. Детям до 16-ти не смотреть…
«Проклятие фараонов» для президента, убийство филателиста. Милицейские хроники
«Белый Аист» и 5 стволов. Милицейские хроники
Смерть коллекционера. Милицейские хроники
Обмен Гагарина на Олийныка
Анатомия любви к мальчику Саше
Акварелевая вечность города Адмиралов. Наши
Разговор с гражданином и поэтом Владимиром Пучковым
Гибель Орлана. Обращение к губернатору Александру Стаднику