Карантинный бунт в Николаеве

прочтения: 12333
30.04.2021 14:00

Уже второй год подряд мы встречаем Пасху в период эпидемии COVID-19. В прошлом году многие люди не ходили на службу в церковь и не светили свои куличи. В прошлом году Министерство здравоохранения Украины, местные власти и здравый смысл просили всех жителей остаться дома, не ходить в места скопления людей. В этом году ситуация выглядит намного лайтовее – церкви не закрывают, а официальные источники МОЗ Украины и городской и областной власти выставили рекомендации касательно безопасного празднования Пасхи в условиях эпидемии коронавируса, где официально разрешено посещать церковную службу 1 человеку от семьи.

Но в карантине самое страшное – это не запреты на посещение церкви или кладбища, а голод, который может настать в результате жёстких ограничений. А давайте вспомним историю! Как всем нам известно, коронавирус (он же COVID-19) не первая эпидемия в истории человечества. До этого к нам приходили другие «праздники жизни» как чума, холера, тиф и так далее. Приходил и голод – не менее страшное явление. Если у тебя есть какой-то шанс не заразиться болезнью или заразившись не умереть от ее, то от голода человек умирает и у него нет шансов на спасение, кроме как раздобыть себе еды. Голод и большое количество ограничений несет за собой бунты. Из школьного курса истории я вспоминаю чумной и холерный бунты в Европе и Российской империи.

Известно, что во время Черной смерти — опустошительной эпидемии чумы в Европе 1346–1350 годов, ставшей в европейской культуре в каком-то смысле эталоном эпидемической катастрофы, — в распространении болезни обвинили евреев, якобы отравивших колодцы. По некоторым свидетельствам, чума действительно в меньшей степени задевала изолированно живущих в гетто евреев, которые, следуя религиозным предписаниям, совершали омовения гораздо чаще, чем среднестатистические средневековые горожане, и при этом, как правило, действительно редко пользовались общегородскими колодцами. Результатом стала волна массовых убийств: во многих городах средневековой Германии еврейские общины поголовно сжигали заживо или вырезали горожане. Искать объяснения происходившему в те годы достаточно сложно, но, возможно, этот взрыв зверства был связан с тем, что эпидемия чумы оказалась бедствием, перед которым обнаружил бессилие весь набор знаний эпохи. Люди не понимали, что делать, поскольку общий набор традиционных знаний о болезнях в борьбе с чумой оказывался бесполезным, а опустошительные последствия эпидемии вызывали ужас и требовали хоть какого-то действия.

Холерные бунты — волнения горожан, крестьян и военных поселян в Российской империи во время эпидемии холеры 1830—1831 годов. Причины — недовольство введённым правительством запретом передвижений (карантинами и вооружёнными кордонами) и слухи о том, что лекари и чиновники намеренно травят простой люд. Поддавшись панике, «возбуждённые толпы громили полицейские управления и казённые больницы, убивали чиновников, офицеров, дворян-помещиков».

Усмирение холерного бунта. Барельеф памятника Николаю I на Исаакиевской площади

В Николаеве уже начались первые толчки к «голодному» восстанию. В понедельник, 26 апреля, в Николаеве водители маршруток, активисты и предприниматели вышли на акцию протеста против карантинных ограничений. Акцию организовала общественная организация «300 николаевцев», они требовали, чтобы к ним вышел на диалог мэр нашего города Александр Сенкевич, чего не произошло. Работники мэрии закрыли входные двери, чтобы протестующие не смогли зайти. Часть митингующих решили найти «чёрный вход», остальные остались возле главного. Спустя митингующим удалось пройти. В здании их встретил мэр Александр Сенкевич и секретарь горсовета Дмитрий Фалько. Александр Сенкевич сказал, что никаких ограничений городская власть снять не может. Он надеется, что в понедельник Николаев переведут в оранжевую зону и вопрос протестующих решится.

О том, что городская власть не может снять ВСЕУКРАИНСКИХ карантинных ограничений – это действительно правда. Но, опять же, в Харькове были введены карантинные ограничение, но метро было доступно для пользования. Все мы понимаем, что очереди, толпы на остановках не помогают нам скорее избавиться от коронавируса и остановить пандемию. Людям необходимо кормить свои семьи, потому они вынуждены ходить на работу. Это не просто желание, а необходимость.

Карантинные ограничения по транспорту практически сняты. Региональная комиссия по вопросам техногенно-экологической безопасности и чрезвычайных ситуаций при Николаевской ОГА своим решением от 29 апреля рекомендовала местной власти увеличить время пассажирских перевозок в Николаеве – с 06:00 до 10:00 и с 14:00 до 20:00. Городская комиссия ТЭБ и ЧС в пятницу, 30 апреля, приняли решение, что движение пассажирского транспорта будет организовано в вышеуказанное время. При этом пассажиров продолжат пускать в салон только при наличии пропусков с з QR-кодами.

Было бы неплохо, если бы при выдаче удостоверений гражданам местная власть проинформировала водителей маршруток о корректной процедуре их проверки. Однажды я стала свидетелем, как водитель 87 маршрутки выгнал женщину из салона автомобиля за то, что у нее был электронный вариант удостоверения в телефоне. На мое замечание, что данный документ можно проверить по QR-коду, мне ответили, что ничего такого делать он не собирается. Почему в эпоху цифровых технологий у нас проблема с проверкой электронного удостоверения? Почему водители маршруток не проинформированы и не обучены корректно проверять удостоверения?

Также сегодня, 30 апреля, государственная комиссия ТЭБ и ЧС приняла решение о переводе Николаевской и Киевской областей из «красной» в «желтую» карантинную зону. Еще один кошмарный локдаун закончился. Но что будет дальше? Наступит снова осень, и мы опять уйдем на «карантин»? Снова митингующие будут выламывать двери горсовета, стоять с плакатами о том, что их дети хотят кушать? Я понимаю, что время настало нелегкое, но прошлой осенью власть и избиралась для того, чтобы решать сложные управленческие кейсы в период пандемии. Необходимо собирать круглые столы с общественностью, обсуждать и создавать план эффективных действий по борьбе с COVID-19. Просто «уходить на карантин» — это уже не выход.