Что это было – сессия Николаевского горсовета или школьная дискотека?

прочтения: 16303
22.05.2021 15:45

Редко хожу на сессии Николаевского городского совета, но каждый раз, когда это происходит – это отборный трешак, в который углубляешься и дна не видишь.

Во-первых, пропуски для журналистов. Нет, вы серьезно? Значит, вы пустили всех (ну то есть, вообще всех) в само ЗДАНИЕ мэрии. ВСЕ прошли рамку, которая, по-моему, не работает, все поднялись по этажам, в том числе, по третьему, где находится, непосредственно, кабинет мэра, и вдруг еще нужен какой-то пропуск. Вот везде можно, а в зал заседаний нельзя. Стоят какие-то два человека и на каком-то основании не пускают прессу. Держат как беженцев, с сумками, ноутбуками, фотоаппаратами, камерами на входе. Я понимаю, что моя профессия, порой, требует делать шаги, которые ты в реальной жизни не стал бы делать вообще. Например, надо бегать за людьми, надо выкрикивать их имена-отчества, чеканить вопросы с толпы, вытягивать ответы чуть ли не пытками, стоять по три часа при любой погоде и ждать чиновника, который перережет ленту и много еще чего, скажем так, неприятного.

Но тут сессия городского совета. Это общественно-важное мероприятие и не только у нас, как у журналистов, есть законное право там присутствовать. Там, на сессии, можно присутствовать вообще всем и каждому и причина очень простая – 54 депутата и мэра выбрали люди. На сессии решаются вопросы, касающиеся людей. Тут даже законами бравировать не надо, это просто – когда речь касается управления города, ГОРОД, который олицетворяет его житель, имеет полное право там присутствовать. Да, и кстати, вплоть до последних 5-7 минут до начала сессии пропуски просто не у кого было брать.

Особенно хотела бы выделить реакцию полицейского, который очень удачно вышел в холл перед залом, пока нас не пускали. На мою просьбу защитить права журналистов и повлиять на охрану, он ответил, что уже повлиял. Знаете, как? А он попросил «ось того чоловіка», чтоб он нашел еще каких-то людей, которые сейчас придут, выпишут нам пропуск, и тогда мы пройдем. Спасибо.

Дальше – нет мест. Сиди и пиши на коленях. Об этом отдельно сказал мэр Александр Сенкевич, который сообщил нам, что он нас не звал. Ну о том, что нас не надо звать, я уже писала выше, я просто упомяну еще одну особенность работы журналиста – она не ограничивается стенографированием сессий. Наша работа состоит, в данном случае, в том, чтобы максимально просто, объективно и интересно осветить то, что происходит в зале. И онлайна для этого вообще недостаточно.

Столы для прессы несли с боем. Сначала нам долго указывали на стулья, потом мы в толпах искали секретаря горсовета Дмитрия Фалько, просили у него стол и это так абсурдно звучит, что я вообще не понимаю, как это все могло происходить. Ради справедливости отмечу – столы были у прессы в зале всегда. На этот раз за них посадили депутатов, потому что карантинные ограничения требуют соблюдать дистанцию. Об этом нам напомнили сразу несколько раз, красноречиво указывая на стол, где сидели правоохранители. Оштрафуют, мол. Правда, каждый раз, когда нам указывали на их стол, мы пожимали плечами в недоумении. Там просто вообще не было никакой дистанции. Там кто-то дышал кому-то в ухо, кто-то сидел на коленях у соседа, где-то мелькали шевроны с табличками и все это умещалось за столом на четверых человек. Эта абсурдная двойственность правил очень злит, если честно. Но столы принесли. С победным видом. Ставя стол, иронично отметили, что нам хватит и одного и вообще никто не обязан.

Еще немножко о соблюдении дистанции. Как удобно позаботиться о ней для депутатов, забрать столы у прессы, и как же, черт возьми, неудобно в эпидемическое время позаботиться о том, чтобы в зале не было толпы. Там происходило что-то, что больше напоминало кулисы школьного утренника перед важным отчетным концертом для гороно – ходят люди одетые очень празднично, где-то шуршат цветы, мелькают стаканчики с кофе, в углу плачет ребенок, вдоль столов бегает девочка с черепашкой (да, с живой черепашкой), у входа периодически вскрикивает охранник. В такой обстановке я поймала себя на мысли, что мне не хватает сейчас моей классной руководительницы или завуча по воспитательной работе. Чтоб подошел и гаркнул: «А ну тихо, вас со сцены очень слышно!». Но пришел мэр.

Сессию начали, вернее, продолжили и здесь надо понимать, что вообще происходило с 16 февраля. А происходило вот что – 16 февраля сессия, о которой сейчас идет речь, собственно, началась. Я понимаю, никого уже не удивить заседаниями длинною в жизнь, но все же. Почему состав из 54 лиц меняется, а правила все те же? Почему сессия земельная, а к земельным вопросам мы так и не приступили? Чего еще не хватает для «консолідованої та оперативної роботи на благо городян»?

В общем, пообъединяв все в пакеты мы, наконец, начали и к трибуне сразу вышли правоохранители. Где-то час мы решали, а почему отдел по борьбе с наркоторговлей не выловил всех закладчиков пакетов с белым порошком, почему не закрыл все существующие Telegram-каналы, на которых эта дрянь продается, почему наркотиками торгуют чуть ли не в школьных кабинетах, и еще 153 «почему?», которые были заданы просто «потому что можем». Ну серьезно, к чему приводят эти стихийные допросы? Что-то решается по ходу диалога, может какие-то идеи приходят в голову опрашивающим? Вы же просто спросили. Зачем? Все дружно пожурили начальника патрульной полиции Виталия Данилу, быстренько поругали замначальника управления борьбы с наркопреступностью Николаевской области Кирилла Барашковского и, видимо, были очень довольны собой.

Между праздными обсуждениями чего-то по типу «файла 3452/сколько можно» свою звездную минутку ловили депутаты. Например, Максим Невенчанный, которым в области уже никого не удивишь, нашел себя в стенах городского совета, попутно парируя шуткам Александра Сенкевича. Наблюдая за процессом общения в какой-то момент надо возвращать себя к мысли, что сейчас происходит сессия городского совета. Не день встречи выпускников, которые определяют, по сколько скинутся за чек. Тут сидят депутаты и они решают за город.

Собственно, поэтому к ним вышла активистка Инна Терлецкая, которая попросила депутатов вынести скандальный завод «Экотранс» за черту города. Как вы думаете, как отреагировал зал? Да никак. На рассказ о закладках реакция была более бурной. Единственный, кто, как обычно, возмутился – Максим Невенчанный. Он предположил, что активистка прониклась идеями «команды «Зе» - все распродать, и удивился, а почему это она не говорит о других заводах, которые загрязняют. Ну вот эти приемы, знаете, когда надо сместить акцент и еще заставить человека почувствовать себя виноватым, либо зацикленным, на худой конец.

Потом был небольшой экскурс от мэра под названием: «СМИ немного обнаглели», в ходе которого нам сказали, куда идти, что делать, как отписывать с трансляции, и вообще ковид. Не хочу на этом останавливаться, но разделяю возмущение моих коллег.

Потом депутаты немного обиделись друг на друга, потому что кого-то включают в нужные им комиссии, а кого-то в ненужные, без особого энтузиазма послушали Мкртича Мкртчяна с вопросами о коммунальной собственности и ушли на перерыв. Традиционно перерывы в советах стоит воспринимать, как «сверку часов» перед важными голосованиями. По моему субъективному мнению, таким важным голосованием в четверг было назначение неудавшегося бизнесмена Юрия Степанца заместителем мэра и создание под него управления. В необходимости создания управления ни у кого толком сомнений не было, но это не помешало николаевскому десантнику Александру Терещенко выйти к трибуне и, в общем-то, 70% своей речи посвятить поддержке Юрия Степанца. Он, мол, хороший человек, ему доверяют те, кто будет иметь отношение к управлению, а значит надо брать. За Степанца проголосовало 29 человек – на одного больше необходимого минимума. Если посмотреть на список голосовавших, можно понять, что вопрос был решен изначально – есть голоса от «Пропозиции», от «Слуги народа», естественно от «ЕС», от «Нашего края». Своих голосов не дали «шарийцы» и почти весь состав «ОПЗЖ», кроме Валерия Дашевского. Я ничего не буду говорить, просто напомню, что Валерий Дашевский – помощник бывшего депутата горсовета Сергея Карцева.

В пятом часу начали обсуждать вопрос бюджета. Это же не назначение Степанца, ради которого даже перерыв объявили, чтоб на свежую голову, это всего лишь 33,9 миллионов распределить. Начались долгие прения, суть которых сводилась к тому, что фракции тупо не договорились. И это очень четко проглядывалось по разношерстным спорам и двум неудавшимся голосованиям. Стоит ли говорить о том, что те самые 92 «земельные» вопроса так и не были решены? Они решились во второй (или сорок второй) серии четвертого пленарного заседания, которое прошло уже в пятницу. Тут просто хочу отметить, что депутаты, например, поддержали продажу квадрата земли по 68 гривен фирме «Агротрон Экспорт», но не захотели продавать землю фирме «АВТОГРАНД МИКОЛАЇВ», которые покупали квадрат за 126 гривен. К бюджетному вопросу никто так и не пришел. 33,9 миллиона гривен висят, а прыжки за ними начнутся в ближайшие недели.

К чему я это все веду? То, что происходит на заседаниях, можно назвать словом «бардак» и, поверьте, это если еще тщательно это слово подбирать. Я не говорю обо всех депутатах, среди них есть те, кто действительно проникается процессом, активно вычитывает документы, дает разумные правки. Но этого очень мало. Для города с критически маленьким бюджетом, о чем сказал мэр, для города с критически плохими дорогами, с критически неразвитой инфраструктурой, с критически неудобными условиями для жизни, проводить одно заседание четыре месяца – это губительно. У нас нет столько времени, очнитесь. Вы поменяли лица, но суть осталась той же – те же договорняки, сборы голосов под штамповые решения, пиар, разговоры ни о чем, манипуляции, героические речи о партийных лидерах, которых «несправедливо репрессируют» и один сплошной белый шум. Николаев, ты разве этого хотел?

Блоги
Юлия Акимова

корреспондент интернет-издания "Преступности.НЕТ"


Как нынешний «мовний омбудсмен» Креминь брал взятки, преподавая в педине – рассказ экс-студентки
Патриот или конъюнктурщик: Почему у Тараса Кремня не получается?
Реформа от Авакова: Посмотреть, как в Японии, а сделать, как получится
«Правоохранители», а что там по справедливости у нас?
Что это было – сессия Николаевского горсовета или школьная дискотека?
«Мы открываем бизнес, мы будем делать бабки»: Как возможный вице-мэр Степанец ресторатором хотел стать
«Николаевский облавтодор» хотят обанкротить. Почему эта затея незаконна и в чем опасность?
Приватизированное право на помощь или Эффективной ли была «Турбота» от Москаленко?
Светлана Федорова, а оно того стоило?
Регламент, Солтыс, берегиня: Как прошла вторая сессия обновленного Николаевского облсовета
Сколько николаевец заплатил за презентацию отчета Москаленко и почему она решила это скрыть?
Мы пахали - я и Госбюджет: Чем похвасталась глава Николаевского облсовета Москаленко в 13 пунктах своего отчета
Ни здравого, ни смысла: Как кандидат от «Слуги народа» в хозяйственные споры лез
Как два депутата решили, что николаевскому аэропорту не нужна техника на 50 миллионов
Кто вы, мистер Герсак?