Громкое задержание с долгой судебной тяжбой: почему дело «Железного-Олефира» до сих пор в суде?

прочтения: 14942
10.03.2020 07:09

Издавна символом правосудия во всем мире стал образ богини Фемиды, которая в одной руке держит карающий меч, во второй – весы для измерения поступков, а на глазах у нее повязка, чтобы принимать беспристрастное решение. Но вот в современных украинских реалиях создается впечатление, что эта повязка – просто прикрытие для длительного сна.

Напомним одну историю, которая произошла в Баштанке в начале ноября 2015 года. Тогда сотрудники СБУ задержали начальника следственного отдела Баштанского РОВД Николая Железного и старшего оперуполномоченного уголовного розыска райотдела Павла Олефира. Последний приходится младшим сыном на тот момент главы Ленинского районного суда Николаева Николая Олефира (ныне – адвокат) и братом прокурора Николаевской местной прокуратуры №1 Максима Олефира.

По версии следствия, задержанные требовали от мужчины 4 тысячи долларов США за возможность избежать уголовной ответственности за наркобизнес. Но подозрение во взяточничестве вручили только Железному, а Олефира вытянули из-под удара и странным образом он стал «свидетелем коррупционного преступления».

Николая Железного суд арестовал с залогом в 900 тысяч гривен и он находился в следственном изоляторе до момента, пока апелляционный суд не уменьшил залог до 110 тысяч 240 гривен, которую его родственники смогли найти и внести.

Судебные тяжбы

В 2016 году обвинительный акт относительно Железного передали в суд и вроде как логично, чтобы сегодня в этом деле уже стояла точка. Но рассмотрение производства спустя годы главой райсуда Сергеем Янчуком все так же находится на начальном этапе.

Николай Железный
Корреспондент «Преступности.НЕТ» пообщался с Николаем Железным, чтобы узнать, почему дело сих пор находится в суде.

– В мае 2016 года закончилось досудебное расследование, и передали материалы в Баштанский районный суд. С этого времени и по сегодня допросили пять свидетелей и последние полтора-два года судебные заседания переносятся по одной и той же причине – не появляется на допрос главный свидетель со стороны обвинения Павел Олефир, которого, напомню, 6 ноября 2015 года задерживали вместе со мной. Хотя через два часа у Олефира по непонятным причинам сменился статус из подозреваемого на свидетеля. Меня взяли под стражу, и через две недели мой тесть внес установленный апелляционным судом залог в размере 110 тысячи гривен. Я был под залогом и на меня возложили обязательства. Действие этих обязательств закончилось, прокуратура хотела продлить их, но Центральный райсуд отказал, – рассказал экс-милиционер.

По его словам, затяжной процесс несет неприятности для него и его родных.

– Сейчас залог находится на счету казначейства судебной власти. Тесть взял эти средства в долг, и он уже почти пять лет платит проценты. Я неоднократно подавал ходатайства в Баштанский райсуд о возвращении залога, но судья мне отказывает, аргументируя тем, что есть риски, которых и изначально не было, а именно: что я могу влиять на свидетелей, скрываться от суда и следствия, а основным аргументом было то, что не допрошены все свидетели. А именно остался не допрошенным Павел Олефир, – пояснил Николай Железный.

– Олефир уже почти два года не появляется на допросы, хотя его надлежащим образом уведомляли, при этом он не появлялся по разным причинам. К примеру, якобы не пришла повестка, хотя в Viber прокуратура ему сообщала, и он просматривал сообщение. Также суд трижды выписывал СБУ привод на Олефира. И вот суд снова мне отказывает из-за того, что не допрошен Олефир. А как можно его допросить, если прокуратура, сторона обвинения, не может должным образом обеспечить явку своего свидетеля, - рассказал обвиняемый.

По словам Железного, на последнее заседание 21 февраля Павел Олефир прислал на электронную почту суда ходатайство, в котором просил провести его допрос в режиме видеоконференции из Соломенского райсуда Киева. Но поскольку такой процесс должен согласовываться заранее, то Баштанский суд снова перенес заседание – на 19 марта.

– Я просил суд, чтобы сменили порядок исследования доказательств, то есть, чтобы пропустили Олефира и перешли к письменным доказательствам, и хотел заявить ходатайство о возвращении залога. Но судья отказал мне в этом ходатайстве. Опять-таки, может суд и сменил бы порядок исследования доказательств, но у Баштанской местной прокуратуры нет материалов производства, они просто технически не могли бы приступить к изучению письменных доказательств. Бывали случаи, когда с прокуратуры вообще никто не приходил и не сообщал о причинах, – сказал Железный.

Упорство прокуратуры

Уже несколько лет стало классикой разных силовиков делать эффектные фото и видео самых разный обысков, задержаний с «масками-шоу», делать громкие заявления. При этом через какое-то время весь этот азарт стихает и все процессы пускаются на самотек. Примерно так случилось и с делом Железного.

– Областная прокуратура вообще потеряла интерес к этому делу. Уже больше двух лет процессуальный руководитель Александр Кирпотенко вообще не приходит на заседания. В группу включили нашу Баштанскую местную прокуратуру, и они ходят на заседания, но они даже не знают сути этого дела, так как у них нет на руках материалов указанного производства, – отметил Николай Железный.

– В уголовно-процессуальном кодексе есть такое понятие как разумные сроки расследования. А уже в мае будет четыре года, как дело находится в суде. Ни письменные доказательства, ничего не исследовалось. Изначально, когда мы рассматривали порядок исследования доказательств, и прокуратурой, и нами было согласовано, что сначала допрашиваем свидетелей, а потом письменные доказательства. То свидетеля Котова, взяткодателя, не было, теперь – Олефира. И суд постоянно: последний шанс, последний шанс (для явки Олефира, - ред.)… Но в этой ситуации заложником остаюсь только я. По моей информации, Олефир постоянно бывает в Баштанке, поскольку тут проживает его тесть. Я не понимаю видения судьи и прокуратуры, которая постоянно ходатайствует о переносе, – рассказал он.

Павел Олефир
Кроме того Николай Железный предполагает и вмешательство в это дело влиятельных родственников своего бывшего коллеги, который также был задержан СБУшниками, но в итоге даже не рассматривался в качестве подозреваемого.

– Мы все прекрасно знаем, кто такой Павел Олефир. У него брат, который работает в прокуратуре, и отец был ранее главой Ленинского райсуда Николаева. Или причина в том, что прокуратура не видит перспективы. Когда мы начнем исследовать письменные доказательства, то там будут материалы негласных следственных действий СБУ, и будет все ясно – кто виноват, кто не виноват, или оба виновны. Я считаю, что у Олефира должен быть такой же статус, как и у меня – подозреваемого. Еще на досудебном расследовании у меня были ходатайства к следователю Свирсе, но он отказывал мне в удовлетворении просьб относительно Олефира, они не видели в его действиях уголовного правонарушения. Я не собираюсь десять лет, пока не истекут сроки привлечения, ходить в суды. У меня никогда не было случаев неявки к следователю без веских причин и почему такое отношение к моему делу – я не понимаю, – говорит Железный.

А само задержание, по мнению Железного, – провокация.

– Машина была Олефира, деньги, которые якобы Котов давал как неправомерную выгоду, нашли со стороны водителя Олефира. На тот момент обыск проводился без моего участия, без моего адвоката. Эти все вопросы еще будут в дальнейшем в суде рассматриваться. И почему я в статусе подозреваемого, а не Олефир… Если докажут мою вину, то я готов нести свою ответственность, но расследование должно быть объективным и всесторонним. Такое создается впечатление, что фамилию Олефир вообще запрещено указывать в документах, – добавил он.

Отдельно Железный обратил внимание на личность взяткодателя Руслана Котова, который во время допроса в суде даже не смог пояснить, за что именно в 2015 году пытался дать взятку, и говорил, что никаких претензий к сотрудникам полиции и к Железному у него не было.

– Котов на суде говорил, что я проводил у него обыск вместе с Олефиром, но он же говорил, что у него ничего не нашли, ничего не подкидывали. Ему задали вопрос, для чего он тогда якобы давал деньги, но он так и не смог объяснить это. Поэтому я считаю, что это дело сфабриковано и есть такое понятие, как провокация совершения преступления. Но я не могу выносить такой вердикт, для этого у нас есть суд и я надеюсь на его объективное и непредвзятое решение в законном порядке.

Стоит добавить, что в 2018 году Котова задержали как одного и организаторов наркоторговли не только в Баштанке, а и в других городах. Тогда у него нашли наркотиков приблизительно на миллион гривен, оружие и взрывчатку. В том же году его начали судить за это преступление и с поступлением обвинительного акта выпустили из СИЗО под домашний арест.

***

Сейчас Николай Железный из-за этих всех событий готовит жалобу в Европейский суд по правам человека, в которой намерен оспорить действия сотрудников суда и прокуратуры, затягивающих рассмотрение этого уголовного производства.

– Я все понимаю, но пять свидетелей за четыре года – это не в какие рамки не входит. Я из-за обвинения не могу никуда устроиться на работу, все говорят, что я виновен, но если бы это было так, то уже давно меня бы осудили. Если я виновен, то я готов понести наказание, но со всем и причастными к этому лицами, – говорит он.

***

На самом деле, подобных, почти «фейковых» производств много. В Николаеве можно вспомнить, как уже почти пять лет обвиняют в коррупции директора ДК «Молодежный» Юлию Захарову, или как уже почти на финале пять раз не приходят прокуроры по делу экс-вице-губернатора Николая Романчука, задержанного в 2016 году, или как Высший антикоррупционный суд закрывает дело о недекларировании коллегой недостоверной информации, поскольку обвинение передали в суд уже почти во время истечения сроков привлечения к ответственности, а до этого фактически по нему не проводились заседания...

Можно еще не один раз убирать Генпрокурора с должности, как это сделали с Русланом Рябошапкой, проводить мнимые переаттестации прокуроров, или менять вывески на зданиях. Все останется по-прежнему до тех пор, пока каждый силовик или прокурор, независимо от чина и размеров кабинета, не станет выполнять свою работу ответственно и во благо народа. Остается только надеяться, что мы еще все успеем увидеть такие времена, когда Фемида в Украине проснется и начнет вершить правосудие.

Беседовал Тарас Леонтян, специально для «Преступности.НЕТ»

    Фотофакт