«Многие боятся бюджета, как огня»: директор фирмы, заявивший о требовании отката с тендера, об особенностях ведения бизнеса с государством

Читают: {{ reading || 0 }}Прочитали:{{ views || 7446 }}Комментариев:{{ comments || 0 }}    Рейтинг:(4467)   

Дмитрий Колосовский
Продолжаем серию интервью в рамках проекта «Бизнес по-николаевски», основной целью которого является желание показать, что именно работа предприятий разных форм собственности занимается наполнением бюджетов разных уровней. Именно предприниматели дают людям рабочие места, тем самым создавая площадку для тех, кто со своих заработков отдает их часть в виде налогов в бюджет страны и своего населенного пункта. По сути, за счет предпринимателей содержится менеджмент органов местного самоуправления, депутаты Верховной Рады, строятся дороги, получают зарплату учителя, медики, судьи и сотрудники правоохранительной системы. Список того, что реализуется за счет бизнеса, можно продолжать бесконечно.

В то же время в нашей стране правоохранители нередко забывают о том, от кого они получают свою зарплату и вместо тех, кто должен защищать бизнес, становятся теми, кто наиболее действенно и явственно ставит ему «палки в колеса». Интервью со следующим участником проекта «Бизнес по-николаевски» - это наиболее яркая иллюстрация того, как это происходит.   

На этот раз мы решили затронуть тему работы предпринимателей с бюджетными организациями. Для того, чтобы понять причины, по которым бизнес не стремится идти работать на бюджетные подряды, мы побеседовали с директором нескольких николаевских компаний Дмитрием Колосовским.

В ходе интервью Дмитрий Колоссовкий рассказал об особенностях инвестиций в социальные учреждения, специфике работы с проектами по энергоэффективности, а также о ситуации с вымогательством процента от оборота его предприятия, которое занималось установкой счетчиков за счет субвенции народного депутата Украины Артема Ильюка.   

– Бизнесом в какой сфере вы занимаетесь?

– Сфер несколько, но они схожи в одном – направлены на энергоэффективность, энергосбережение и использование альтернативных источников энергии.

– Ваша работа – это полный цикл, связанный с энергоэффективностью – от строительства и до обслуживания того, что вы построили?

– Да, более того – от формирования технического задания, проектирования, поставки оборудования, монтажа и обслуживания в дальнейшем.

– Насколько это глобальные проекты?

– Все зависит от заказчика. В качестве примера можно привести проект по установке автономной солнечной станции на горе Хомяк, недалеко от Яремче, которую мы установили на прошлой неделе. На нее наши монтажники поднимались по 5 километров пешком без транспорта и затаскивали всю конструкцию для подсветки памятника. На сегодня этот проект открыли уже. Или еще один проект по строительству котельной на 5 МВт, которая работает на альтернативном топливе – пеллетах.  Эта котельная была построена на территории областного противотуберкулезного диспансера в селе Надбугском. Мы по сегодняшний день ее обслуживаем.

– Кто выступал заказчиком строительства котельной?

– В этом проекте мы сами выступили как инвесторы. Построили котельную в тяжелый 2014 год, когда были проблемы с газом и нас собирали в здании облгосадминистрации для поиска решения подобных проблем. Тогда мы выступили как инвесторы, вложили свои средства, плюс привлекли деньги.

– В понимании многих людей инвестор – тот, кто вложил деньги и все. Но инвестор этот тот, кто вкладывает для того, чтобы зарабатывать. В чем ваш интерес в этом проекте?

– Естественно, интерес любого бизнеса – заработок. Однако вложение инвестиций в нашем государстве не всегда приносит прибыль. Особенно если ты работаешь с бюджетом. В данном случае, мы привлекли средства, построили котельную и занимаемся продажей тепловой энергии. По сути, мы заменили потребление газа собственным теплом, которое получаем из топлива местной составляющей – из подсолнечной лузги.

– А медицинское учреждение от этого проекта экономит?

– Безусловно. По договору у нас тариф на 10% ниже, чем средневзвешенный тариф по области. Это на законодательном уровне закреплено, поэтому от этого выигрывает как инвестор, так и потребитель.

– Вы сказали, что есть некие сложности при работе с бюджетными организациями. Какое соотношение заказов от частного бизнеса и заказов от бюджетных организаций? В вашей отрасли работы.  

– Где-то 50 на 50. Многие предприниматели боятся работы с бюджетом, как огня, и принципиально не берут подряды из-за ряда сложностей. Мы, в принципе, работаем с бюджетными объектами с самого начала деятельности предприятия, которое занимается проектированием и строительством котельных, газопроводов, оборудования. То есть с 2003 года.

– С кем проще работать: с частными предпринимателями или бюджетными организациями?

– В большинстве случаев с частными организациями работать проще. Но в связи с тем, что для загрузки предприятия необходим постоянный объем работы, то необходимо, чтобы постоянно были заказы. Мы постоянно находимся в поиске и отслеживании возможности участия в разных тендерах: как в бюджетной сфере, так и частной.

– Сейчас все тендера проводятся через систему публичных закупок «Prozorro». Слышали ли вы о том, что есть договорные тендера? Насколько совершенна система «Prozorro» для борьбы с коррупцией, о чем заявляют ее создатели?

–  Буду откровенен – есть разные договора. Есть, скажем так, добровольно-принудительные договора. Это присутствует на рынке Украины. В то же время, в моем понимании, есть нормальные договоренности – например, человек долго работает над каким-то проектом и вложил какие-то деньги в разработку или в проектную документацию и хочет поучаствовать в тендере и просит игроков на рынке не участвовать в закупке. Бывает и такое.

–  Добровольно-принудительно это как? Оказывается какое-то давление?

– В последние годы, честно говоря, ситуация все-таки улучшилась. Конечно, жесткого указания нет, просто просят о чем-то. Иногда не рекомендуют участвовать, говоря, что перспективы нет.

– С трибуны сессии городского совета мэр Николаева Александр Сенкевич как-то заявил, что есть ряд предпринимателей, которые не очень честны в закупках – заявляются на конкурс, демпингуют цену, а потом перепродают эти выигрыши. Сталкивались ли вы с таким?

– С таким лично я не сталкивался, но есть на рынке случаи похожие: там, где в тендерах участвуют фирмы мне лично не знакомые, на нашем рынке энергетики, и выигрывают тендера. Город Николаев небольшой, и предприниматели, особенно в каких-то сферах, знают друг друга и часто встречаются на тендерах. Но бывает такое, что абсолютно другие предприятия участвуют и каким-то образом выигрывают. Есть такие случаи.

–  Вы работаете не только в Николаеве, но и в области, и по всей Украине. Наверняка слышали о попытке строительства коммунальной солнечной станции в Вознесенске. Там была ситуация, что победил как раз неизвестный всем предприниматель или выиграл на самом деле действующий игрок?

–  В тендере по строительству солнечной электростанции в Вознесенске, наша компания также планировала участвовать. Но после того, как мы изучили окончательное тендерное задание и документацию, то мы отказались по причине того, что проект был неподъемным для нас в плане условий. В частности, если я не ошибаюсь, то там по условиям договора необходимо было за половину стоимости ее построить, потом город или коммунальное предприятие должен был взять кредит под нее, и только потом рассчитаться со строителями. А сумма проекта, если не ошибаюсь, была более 50 миллионов гривен. То есть нужно было заморозить 30 миллионов гривен, скажем так, на неопределенное количество времени. Для многих компаний это довольно-таки проблематично. Я частично знаю те предприятия, которые участвовали в том тендере. В принципе, это рабочие предприятия, тендер был проведен. Я не знаю почему не сложилось с этим проектом.

–  Вы буквально на днях заявили о том, что на вас осуществляется давление из-за того, что вы отказались оказывать так называемую финансовую поддержку людям, которые борются с экономической преступностью. В чем конкретно заключается ситуация?

–  Я скажу так – мы часто помогаем, когда работаем в каких-то больницах, когда нас просят купить несколько мешков цемента или изоляцию для теплотрасс или еще о чем-то просят. Мы зачастую на эти просьбы откликаемся, потому что мы понимаем, что людям это необходимо, и мы помогаем. Но когда к тебе приходит с улицы человек и представляется оперативным сотрудником и говорит, что знает, что мы работаем с бюджетными деньгами. При этом добавляет: «Вы же не хотите, чтобы мы каждый объект, каждый винтик проверяли. Платите процент с оборота и все будет хорошо». Это действительно была довольно шокирующая меня встреча и предложение. Потому что мне предложили платить просто за то, что мне не будут мешать работать. Тут же не говорится о том, что нужна какая-то помощь. Они просто не будут мешать мне работать. Все четко: платишь – тебе не мешают работать. Не платишь – тебе делают все преграды для того, чтобы ты или платил, или просто не работал в этой сфере.

–  Вы визуально помните, знаете человека, который пришел с этим предложением?

–  Это было год назад. Визуально я его помню, но его не знаю, до этого с ним не пересекался.

–  После того, как вы отказались платить, исходя из вашей публикации в соцсети,  они пришли к вам с определенной, скажем так, фиксированной суммой в 15 тысяч долларов. Эти деньги у вас просили за решение, как вы написали, сомнительного вопроса. О чем речь?

– Я вам скажу больше – после того, как мы отказались платить, на объекты, которые мы выполняли за бюджетные деньги зачастили проверки. Я знаю, что работы за бюджетные деньги всегда проверяются и это правильно. Однако наши объекты очень тщательно начали проверять: объемы выполнения, качество, считать буквально все винтики. При этом проводились они в то время, когда наших сотрудников не было на объектах. Обычно у нас есть прораб, который за все несет ответственность и он находится на объекте.  А тут проверяющие появлялись после того, как мы «снимались» с объекта: фотографировали, смотрели все, что-то пытались выяснить.

– Исходя из решений суда, которые были опубликованы по делу об установке счетчиков, суд отказал в изъятии документов у вас и у департамента ЖКХ. Что вам вообще известно об этом уголовном производстве?

– Ничего. Знаю только то, что дело завели, полгода назад где-то, проводили какие-то следственные действия. При чем статья чуть ли не равносильна убийству человека по ответственности.

– Хищение в особо крупных размерах?

– Да, в особо крупных, с созданием ОПГ. Я обратился к адвокатам, они меня предупредили, что меня в любой момент могут закрыть в СИЗО, по этой статье 191, часть 3. Вот, чтобы закрыть вопрос с уголовным производством, с меня и попросили 15 тысяч долларов. Откровенно говоря, это почти третья часть от общей суммы договора. С общей суммы, а не с прибыли. Наверное, они не увидели, что когда был проведен тендер, то сумма установки одного газового счетчика, составляла 3 тысячи 800 гривен. По факту мы сделали за 3 тысячи 200 гривен. Сэкономили на счетчиках около 600 гривен. Мы перемеряли количество труб, пересматривали чертежи и планы. Если обратиться сегодня к любой подрядной организации за установкой счетчика, то все скажут, что это стоит около 5 тысяч гривен. Вопрос, где здесь хищение, если рыночная стоимость установки 5 тысяч, а мы установили за 3 200?

– Возвращаясь к вопросу «Prozorro». Скажем так, что ведение бизнеса – это искусство в украинских реалиях. Есть ли такое, что конкуренты «подсыпают соль» друг другу? Что бы вы изменили в этой системе? Может вообще отменили ее?

– Как по мне, конечно, по сравнению с тендерами в конвертах, которые проводились ранее, эта система намного прозрачнее, удобнее для подрядчиков, участников, потому что это все в электронном виде, проходит на основе аукциона, где прописаны требования. Конечно, система с каждый разом усовершенствуется. Сказать, что они сделали механизм, где нельзя победить – такого нет. Да и рисков или возможности заложить коррупционную составляющую для победы определенного участника с каждый разом становится все меньше. Это факт. Это то, что я могу сказать, как участник большого количества тендеров.

– Как тогда можно объяснить то, что иногда, просматривая тендера можно увидеть трех участников с одинаковой ценой и одинаковым ее изменением в ходе аукциона? Когда такое видишь, то невольно задаешься вопросом, о какой прозрачности идет речь, если они друг друга знают, и только условно играют «вслепую».

– Я не могу прокомментировать такие случаи, потому что я не эксперт по «Prozorro» и в том, как выигрывать тендера таким способом, но мне кажется, что это все же намного надежнее и прозрачнее, чем тендера в конвертах. Ты можешь после проведения тендера просмотреть документацию конкурентов, проанализировать все и сделать собственную дополнительную оценку. А раньше был закрытый конверт и только ты знал, что ты там отправил, не имея представления, что там у других.

– Возвращаясь к счетчикам. Когда вы сдавали работы были какие-то проблемы или все акты подписали?

– Была проблема следующая – были ограничены сроки, так как финансирование было уже в конце года. Были выделены авансы по каждому договору, и были сжаты сроки выполнения. Как обычно бюджетный год заканчивается и надо было до этих дат выполнить определенные работы, закрыть акты выполненных работ, чтобы на объект вышел технадзор, представитель «Николаевгаза», эксплуатирующей организации, чтобы они опломбировали счетчики и пустили людям газ. Проблема была в сжатых сроках и в большом объеме работы.

– В отчете о потраченных на счетчики деньгах, вы указали, что практически всю сумму аванса вы вернули обратно.

– У нас было три договора, по ним мы получили авансы. По одному договору мы полностью вернули все, что получили, потому что не успевали освоить. Все три тендера прошли практически одновременно, с небольшой разницей во времени.  Много организационных вопросов было, ведь помимо того, чтобы выполнять эти работы, нужно было координировать людей – чтобы человек был дома. Для этого составлялись списки, клеились объявления. Это дополнительная работа, которая проводилась. Соответственно, физически за месяц установить две тысячи счетчиков было невозможно. По одному договору мы полностью вернули деньги, по второму – часть использовали, часть вернули, и по третьему – полученный аванс использовали и дополнительную сумму нам заплатили.

– В последние годы сложилась такая ситуация, что по итогу года остаются неосвоенными деньги. В этом году ожидается такая история. Вы как человек, который работает с этими деньгами, не считаете, что это из-за непрофессиональных чиновников бюджет не используется так, как было запланировано?

– Ваш вопрос я поднимал лично в разговоре с Александром Федоровичем Сенкевичем и я скажу, что это боль всех строителей, которые работают с бюджетом. Проблема состоит в том, что когда набираешь коллектив, то ты должен его содержать и обеспечивать работой, а у нас складывается такое, что ты полгода сидишь и ищешь деньги, чтобы заплатить людям зарплату и полгода не знаешь, где взять людей, потому что бюджетные организации начинают просыпаться осенью и быстро проводить тендера. Яркий пример те же счетчики. Только в конце ноября поступили деньги, которые можно было элементарно летом освоить. Естественно, деньги не осваиваются, работы выполняются в сжатые сроки, люди работают по выходным, происходят поиски людей неимоверные, где взять рабочую силу, а после нового года приходят проверки, а потом ты полгода опять сидим без работы.

– По вашему мнению, это несовершенство Бюджетного кодекса или халатность местных руководителей?

– И то, и другое.

– Сколько человек работает у вас?

– На всех предприятиях около 60.

– Вы не думали переехать в другой город, другой регион, где все проще? Вы в блоге у себя писали, что сдерживаете людей, чтобы те не уехали в Польшу, ведь технический специалист – очень узкая специализация.

– Я вам скажу свою личную статистику. У меня из одноклассников, я недавно анализировал, осталось в Николаеве – 3 человека из 25. Часть переехала в Киев, в другие города, но большинство за границу – Канада, Штаты, Польша, Германия. При этом скажу, что образование, полученное здесь, довольно-таки неплохое. Не зря ведь их туда приглашают, стимулируют, дают защищенность, условия такие, которые помогают жить спокойной, не оглядываясь, что к тебе придут какие-то «бэхи» и после отказа могут еще по голове дать. Никто же не знает, чем отказ мой и публичная статья закончится. Это статистика по моим одноклассникам. Я – директор нескольких предприятий, мы нанимаем, содержим персонал, из которого может раз в два месяца кто-то уезжает в Польшу, оттуда в Германию, если повезет, делать крыши или выполнять какую-то работу. И с такой тенденцией будет найти специалистов тяжело… И это подтвердит любой строитель. Сегодня грамотный сварщик получает 15 тысяч и выше. А когда у тебя в смете он получает 3 400 – зарплата, которая выделена бюджетом. Как ты найдешь сварщика за такие деньги? Да он тебе просто посмеется в лицо.

– И вы не можете позволить платить 15 тысяч, так как в местных бюджетах утверждаются определенные нормативы по зарплатам для строителей.

– Да, на сегодня вроде как облсовет принял 7 800 зарплату. Но пока еще у меня не было ни одного договора, чтобы там была такая зарплата. Более того, мы писали коллективное обращение от ассоциации строителей на мэра, губернатора с этими проблемами, потому что людей содержать невозможно.

– Какое у вас образование?

– У меня три высших – Мечникова – внешнеэкономическая деятельность, НКИ – менеджмент, и одесский строительный –теплогазоснабжение и вентиляция. Теплогазоснабжение – мое крайнее образование. Причем я его получил после критики отца, который сказал: «Вот ты руководишь людьми, строишь котельные, объекты теплоэнергетики, а у тебя образование – менеджмент». После этого я поступил в Одесскую строительную академию.

– Как вы вообще решили создать бизнес в Николаеве?

– Мой трудовой путь начался с 11 класса. Мой отец был основателем компании и я начал работать у него начиная с оператора котельной, потом был монтажником, потом руководил бригадой. С 2009 года я руковожу предприятием. В 2014 году, когда были проблемы с газом, мы привлекли в это сложное время инвестиции. Нас, всех инвесторов, приглашали в облгосадминистрацию и предлагали, чтобы мы за свои деньги строили котельные. Мы построили три котельные и на сегодняшний день их эксплуатируем и продаем электроэнергию.

– Чьи деньги были привлечены?

– Скажем так инвесторов-партнеров. Это были кредитные деньги. Я взял на себя определенный риск, причем я до сих пор не все кредиты вернул. В 2016 году, мы создали компанию «Солар-сервис», которая занимается исключительно солнечной энергетикой, установкой солнечных станций для нагрева воды, для выработки электроэнергии. Например, в детской инфекционной больнице мы сделали солнечную станцию для нагрева воды, и она на сегодняшний день полностью автономна.

– Какой была реакция на ваше заявление о том, что с вам требуют процент от оборота предприятия?

– Мне понравилось, что буквально через час мне позвонили из приемной главы ОГА, пригласили в кабинет к главе ОГА. Я ему рассказал все проблематику, и он заверил своей поддержкой. Вообще, общество разделилось 50 на 50. Половина говорила, мол, что ты делаешь, тебе «кранты», тебе жизни не дадут, ты теперь не сможешь нормально работать, тебя будут преследовать, и тебя просто «съедят».  А вторая половина меня наоборот очень поддерживала, даже предлагали помощь – от моральной до материальной.

– В комментариях к вашей изобличающей публикации, один из пользователей написал интересную фразу, что по собственному опыту знает, что работа с бюджетным деньгами – всегда нечиста. Вы настолько уверены в своей правоте, что никто не найдет нарушений?

– Скажу так: уже почти год, как прошел тендер. Если бы что-то было, то нашли бы. У каждого предпринимателя, если хорошо искать, можно что-то найти. Это я могу сказать со стопроцентной гарантией. Но мой пример заключается в том, что на сегодняшний день рыночная цена установки счетчика – 5 тысяч гривен, а мы сделали по 3 200. Если бы мы делали по цене в 10 тысяч на счетчик, то это другой вопрос.

– Когда все это с вами произошло, почему вы не обратились в специализированные службы по надзору за работой полиции? У вас нет доверия к национальным институтам?

– Первая моя мысль, которая у меня была – возможно это мошенники, которые кем-то представляются. Но после того, как я решил подвериться и обратился к адвокатам, а они нашли в ЕРДР, что на меня действительно заведено дело, то я понял серьезность этого «ходака», который неспроста предлагал «решить вопрос». Моментально мы написали заявление о прекращении уголовного производства.

– Вы знаете фамилии следователей, которые ведут ваше дело?

– Я – нет, но у адвокатов, думаю, они есть.

– Есть объекты, которые вы сейчас строите за бюджетные деньги?

– Да, это школа-интернат в селе Новопертовка Снигиревского района и школа-интернат в селе Лысая Гора Первомайского района.

– Что вы там делаете?

– Там строятся котельные на твердом топливе с реконструкцией сетей. Также сейчас ввели в эксплуатацию котельную на газокомпрессорной станции в селе Орловка, которая качает газ на Европу, на границе с Румынией.

– То есть в большей степени вы занимаетесь установкой автономных котельных?

– Котельные, газопроводы, теплогенерирующее оборудование. Да, мы как раз-таки та узкопрофильная компания, которая не распыляется на дома, заборы, кладбища и нанотехнологии.

– Какое количество таких предприятий по всей стране?

– Активных и мощных десятка четыре.

– Где вы закупаете оборудование? Оно производится в Украине или заграницей?

– Все определяется проектными решениями, условиями заказчика, требованиями заказчика.

– На рынке Украины достаточное количество оборудования вашего профиля?

– Да. Мы является социальными представителями завода-изготовителя «Укринтерм», который находится в Белой Церкви уже на протяжении долгих лет. Отсюда и название –«Никоинтерм».

– Получается, что «Никоинтерм» - это дочернее предприятие?

– Нет, изначально мы больше занимались проектированием и строительством только крышных котельных, наверное, 70% всех крышных котельных в городе Николаеве были построены нашей компанией. Большинство из них мы продолжаем обслуживать. При этом мы используем оборудование фирмы «Укринтерн» производства Белой Церкви, которое показывает себя уже много-много лет. Допустим, есть котельная на 16-этажном доме, которую еще мой отец в роли замдиректора по строительству на «Заре» строил.  При строительстве этих двух домов встал вопрос по их теплоснабжению. Строительство теплотрассы стоило огромных денег. Это была одна из первых крышных газовых котельных, установленных на 16-этажном здании. Оборудование для нее было производства того завода. После этого образовалось частное предприятие по строительству котельных.

 – Вы когда-нибудь задумывались о том, насколько реально перевести многоквартирные дома в Николаеве на автономное отопление?

– Существует несколько мнений на этот счет. Есть даже схема теплоснабжения Николаева, разработанная моим дипломным руководителем, профессором из НКИ (Национального университета кораблестроения имени адмирала Макарова, - ПН) Юрием Харитоновым. Она сейчас, насколько я знаю, дорабатывается.

– По всем домам города?

– Да, полностью по всем домам. Принципиальная схема теплоснабжения по всем домам Николаева подразумевает не везде индивидуальное отопление, а предлагает разные варианты начиная от районной котельной, заканчивая отключением каких-то домов и переводов нерентабельных участков на мини-котельные. Сейчас, насколько я знаю, департамент энергоэффективности занимается доработкой этой схемы и разработкой новой. Много есть приверженцев индивидуального отопление, много – центрального. Я считаю, что оно должно быть комбинированным, но больше с упором на центральное. Потому что опыт Прибалтики и других европейских стран показывает, что централизованное отопление при грамотном его проектировании и использовании более выгодно.Преимущество централизованной системы отопления заключается в возможности при генерации тепла использовать разную топливную составляющую – газ, твердое топливо, электроэнергию, а в некоторых случаях даже солнечную энергию. В индивидуальном у вас есть только газ и вы ничего с этим не можете сделать.

– Учитывая ситуацию с трубами, которые постоянно находятся в ужасном состоянии и то, что город, как и вся страна, находятся на пороге жилищно-коммунального коллапса…

– Это действительно боль. Не знаю полностью, как дела у ТЭЦ, но насколько мне известно они печальны. Все мы устаем объезжать улицу Московскую каждый год, когда она перерыта. На облтеплоэнерго какие-то продвижения есть, сейчас устанавливаются ИТП (индивидуальный тепловой пункт, - ПН), на следующий год планируется реконструкция 32 котельных по кредиту Мирового банка. То есть там движение заметно. Возможно, благодаря приходу нового руководства. Но проблем еще очень много.

– В Украине достаточно топлива?

– Знаю компании, которые занимаются строительством котелен для теплогенерации. Топливо для них используют в основном из южных областей Украины. У нас богатый край на сельское хозяйство, и раньше лузгу от подсолнуха выбрасывали и сжигали, а сегодня это определенный бизнес – из нее делают топливные пеллеты и используют для производства тепла.

– От этого страдает экология?

– По всем проектам делается расчет ОВОС – оценка воздействия на окружающую среду. Это специальный раздел проекта, где рассчитывается высота трубы, вид топлива, рассеивание и так далее. Мы на своих котельных используем дополнительный золоуловитель, который требуется по ДБНу. Некоторые, конечно, его не используют.При правильно спроектированной котельной и правильной эксплуатации и нормальном виде топлива никакого вреда не будет. Намного вреднее те листья, которые сжигаются бабушками в частных домах.

– Насколько мне известно, в прошлом году вы выступили с инициативой провести в Николаеве форум, посвященный теме альтернативных источников энергии. За чей счет он был проведена?

– Когда мы его организовывали, не было ни копейки из бюджета. Мы приглашали гостей, расселяли, установили солнечный трекер, сделали лаунж-зону, арендовали пуфики, сделали интересное мероприятие. Люди приходили и не знали, что это за конструкции.

Помимо этого форума, мы еще организовали выставку, построили «солнечное» дерево для зарядки телефонов в районе остановки Соборная. В Первомайске, с привлечением благотворительного фонда, установили солнечные батареи для подогрева воды в роддоме, аналогичную систему установили в роддоме в Варваровке. Это все мы сделали бесплатно. Помимо того, что мы бизнес, который зарабатывает, мы стараемся быть социально-ориентированным бизнесом.

Солнечные коллекторы на крыше роддома г.Первомайска

– В контексте темы с установкой счетчиков, нельзя не вспомнить, что их многие называют «счетчиками нардепа Ильюка». По вашему мнению, учитывая то, что Ильюк политик, дело против вас и вашей компании, работающей за счет привлеченной им субвенции, может быть политическим воздействием его оппонентов? Или это просто желание полицейских наживиться? Или и то, и другое?

– Эти счетчики так называют по одной простой причине – это субвенция Ильюка. Тут нечего скрывать. Касательно цели, почему так получается – не знаю, но больше склоняюсь к попытке наживы нечестных полицейских.

– То есть вы не видите никакой политсоставляющей?

– Может она и присутствует, но я аполитичен и не всегда слежу за политическими движениями и не глубоко разбираюсь в политике. Могу чего-то не видеть. Хочу добавить, что еще 75 счетчиков были установлены в январе, так как мы не успевали в прошлом году, а было определенное обещание, что их установят в определенных домах. В январе договор с нами продлили. И сейчас в ближайшее время продлится финансирование.

– Это вы о тех деньгах, получение которых, как заявляет Ильюк, блокирует горсовет?

– Насколько мне известно, горсовет просто не принял решение из принять. Вот только ситуация повторяется: деньги висят, возможно, депутаты опять не примут вовремя решение, опять нас заставят, а потом, в сжатые сроки, скажут делать счетчики, а полицейские или кто-то другой из контролирующих органов, опять найдут крохи, за которые можно зацепиться, чтобы раскрутить предпринимателя на деньги.

Над материалом работала Александра Ющишена, специально для «Преступности.НЕТ»

Фото предоставил Дмитрий Колосовский

Александра Ющишена-Вязникова



Оставить свои комментарии и высказать свое мнение Вы можете на странице «Преступности.НЕТ» в социальных сетях Facebook ВКонтакте


русскийденьги