Комсомол- кузница луганской элиты

Читают: {{ reading || 0 }}Прочитали:{{ views || 2264 }}Комментариев:{{ comments || 0 }}    Рейтинг:(1358)         

Источник:ostro-org

Считается, что нынешнее руководство Луганского областного совета - в первую очередь его председатель Валерий Голенко - это люди, которые полностью контролируются Виктором Тихоновым, тогда как его многолетнему соратнику Александру Ефремову приписывают контроль над городским советом областного центра. Но кроме них в области есть еще значительное количество выходцев из комсомола, которые до сих пор сохранили личные и бизнес-связи.

Как начинали свои карьеры Александр Киселев, Александр Ефремов, Виктор Тихонов, Валентин Дзонь и Александр Кобитев

Элита луганской власти - это дюжина людей, которые полностью контролируют регион. В первую очередь это те, кто находится на вершине пирамиды региональной политики.

Большая часть людей, которые занимали руководящие посты в структурах власти в Луганской области в последние годы - выходцы из комсомольских и партийных структур. В советское время это была единственная лестница, по которой можно было забраться на карьерную высоту.

Этих людей связывают многолетние личные и служебные отношения, они постоянно присутствуют в информационном пространстве региона, и только обстоятельства делают их или союзниками, или оппонентами.

«Комсомольцы как евреи - одна большая и дружная семья»

Олег Иванович Котляр сейчас - советник главы областного центра занятости. Ему уже за 60, но бывший первый секретарь Луганского горкома КПУ прекрасно помнит всех тех, кто сейчас определяет политический курс региона, влияет на его экономическое состояние. Он говорит, что секрет многолетней спаянности Луганских комсомольцев в том, что их связывают давние личные отношения, а фактор служебной субординации - уже на втором месте.

«Когда они все пришли в комсомол, мало кто думал о карьере - они были реальными молодежными лидерами. О карьерах и перспективах начали задумываться потом, когда существовали уже личные контакты. Хотя это сейчас у них у всех очень разные отношения. Возможно, причиной раздоров стали бизнес-интересы. Но о деталях этих конфликтов я не информирован. А вообще комсомольцы как евреи - одна большая и дружная семья», - смеясь говорит Котляр.

Он до сих пор считает, что комсомол был мощнейшей кадровой школой, у которой нынешним политикам стоит еще поучиться методам воспитания госуправленцев. В общем-то, Котляр считает, что в Украине сейчас и партий-то как таковых не существует, не говоря уже о молодежных структурах, которые могли бы ввести в политику новые лица.

Время, когда под председательством Александра Ефремова в областной госадминистрации собралась «команда комсомольцев» - Ефремов, Кобитев, Дзонь и так далее - Котляр считает самым лучшим для области. Он уверен, что это была самая сильная региональная команда - не в пример всем их наследникам.

Олег Котляр знает многих нынешних политиков по 30 лет, и до сих пор помнит, какое впечатление они на него производили несколько десятилетий назад. «Все они были разными людьми, - говорит Котляр. - Киселев и Ефремов всегда выделялись своей железной хваткой, Дзонь был прирожденным аналитиком. Валерий Голенко стал секретарем горкома комсомола, победив на альтернативных выборах, как и Сергей Рекиянов - секретарем обкома. Александр Кобитев был самым молодым секретарем райкома, и когда я его увидел впервые, сразу понял, что из него будет толк - так и получилось, за три года он прошел пусть от простого институтского активиста до второго секретаря обкома комсомола. И я уверен, что он возглавил бы и ЦК комсомола, если бы Союз не развалился. Одна из причин нынешних проблем в стране - кадровый кризис. Мы, по сути, сейчас «доедаем» те кадры, которые были воспитаны в комсомоле. И Киселев, и Кобитев, и Ефремов, и Дзонь - это золотой кадровый запас.

«Да, сейчас у них разные отношения. Но я уверен, что у них есть будущее - сейчас они в том возрасте, когда политическая деятельность может быть максимально продуктивной.

«В каждом из них остался «комсомольский стержень»

Геннадий Борщ в середине 80-х возглавлял комсомольскую организацию на заводе электромеханического машиностроения (Сейчас - «Машзавод 100»). Как раз в то время большая часть нынешних политиков уже сидели в креслах руководителей комсомольских структур. Говорит, что с Александром Киселевым познакомился, когда тот был первым секретарем горкома комсомола, а Александр Ефремов возглавлял Ленинский райком. Валерий Голенко тогда работал секретарем комсомольской организации Луганского авиаотряда, Александр Кобитев был секретарем Жовтневого райкома. Сейчас Геннадий Борщ руководит Луганским филиалом ОАО «Укрэнергоуголь» - предприятие занимается поставками электроэнергии на угольные предприятия. «Мне предлагали продолжить карьеру на аппаратной работе, но мне «заводская труба» была всегда ближе. И вообще - у тех, кто прошел производственную школу, другое отношение к жизни. И никакая партийная работа этого не заменит», - считает он.

Он говорит, что личные дружеские отношения между комсомольцами действительно сохранились, несмотря на годы. «После развала союза все друг друга поддерживали, а сейчас времена другие. И отношения стали иными - не потому, что кто-то стал плохим, а кто-то хорошим. Просто пути многих разошлись», - говорит Борщ.Он считает, что в каждом из них остался «комсомольский стержень». «Многие и государственные и бизнес проблемы они видят сквозь призму комсомольского опыта. Ефремов сейчас - чисто государственный человек, я к нему уже и не подхожу - так разве что, с днем рождения поздравить, - усмехается Борщ. - Киселев каким был тогда, 20 лет назад, таким и остался. Но у него есть такая черта: пока решение обсуждается, все могут говорить что угодно, высказывать свое мнение, но когда решение принято, то попробуй его не выполнить. Хотя Ефремов более строгий … Они в свое время очень дружили - я не знаю, какие сейчас у них отношения. Это два очень сильных человека, но они очень разные. Дзонь всегда был обстоятельным и вдумчивым. Помню, когда меня в 2003 году на нынешнюю должность назначали, вице-губернатором был Александр Кобитев. Я - тогда создатель Луганского филиала «Укрэнергоугля», - и мой генеральный из Киева, зашли к нему в кабинет. Я говорю: Здравствуйте, Александр Евгеньевич. А он на меня посмотрел так укоризненно и говорит: Какой я тебе Александр Евгеньевич? Мы с тобой сколько лет знакомы?... Тогда обсуждали ситуацию по предприятию, кадровые вопросы, и генеральный директор предложил меня на должность руководителя луганского управления. А Кобитев был против моей кандидатуры, и сказал мне об этом прямо, глядя в глаза. Вот за это я его и уважаю, что интриг плести не стал. А генеральный директор настоял на моей кандидатуре». Вообще о комсомольских интригах Борщ говорить не хочет - дескать, плохого я не помню, а жизнь сама расставит все на свои места. Но тут же вспоминает, как однажды увидел на улице Николая Песоцкого и первым с ним поздоровался. Песоцкий даже удивился. «Я ничего плохого ему не сделал, а он обливал грязью всех своих и друзей, и врагов. Он сам себя уже бояться стал и думает, что все такие, как он. Это не правильно», - говорит Борщ.

Киселев: «Я к комсомолу относился с большим скепсисом»

Первым на политической арене региона появляется Александр Киселев. В его биографии должность главы ГК «Газ Украины», он был народным депутатом 4 созыва, сейчас - депутат Луганского областного совета. Его прочили на пост председателя областной госадминистрации в 2006 году, говорили и о возможности его избрания на пост председателя Луганского областного совета. Входит в десятку самых богатых людей области по версии газеты «Комментарии». Ему 55 лет.

В Луганск Александр Киселёв попал по распределению после окончания Донецкого госуниверситета по специальности «Радиофизика и электроника». Работал в одном из луганских НИИ. Но буквально через полтора года его пригласили на работу в комсомол.

«Я был, в общем-то, равнодушен к общественной жизни в той модели, что предлагала советская концепция. Неправильный был - сходил с ума от Beatles, Deep Purple, Led Zeppelin. Читал запоем самиздатовских Стругацких, бегал на полуподпольные показы фильмов Тарковского, играл на гитаре в самодеятельном ВИА на так называемых тогда «танцах». Кстати, это в семидесятые было страшно модно и головокружительно - девушки просто в обмороке были от музыкантов! Но играть нужно было хорошо, практически профессионально. Ведь это ещё и заработок. В общем, я был занят по горло. Какой комсомол?! Мы и с собраний всеми силами старались смываться - время дорого... Плюс ко всему я - физик, а отношение нашего брата к нормам советского житья-бытья только ленивый не обсуждал. Нет, я не был антисоветчиком, но явно затхлая атмосфера совсем меня не радовала.

Да и у семьи моей отношения с властью складывались откровенно плохо. Мой дед по отцу в 1938 году по классической схеме по статье 58/10-прим. загремел в Колымский Гулаг на 10 лет без права переписки. Пятеро детей остались без куска хлеба. Наверное, это и побудило его к побегу и, я считаю, человеческому подвигу - пройти 4000 километров пешком по лесам и болотам, и в 42-м прийти домой в родное село под Красным Лучом - согласитесь, на это решится далеко не каждый! Господь помог и деда больше не трогали. Даже когда пришла пора хрущёвской оттепели, дед просить о реабилитации не стал - власти не верил, считал ее насквозь лживой и ничего общего с ней иметь не желал. Конечно же, и у отца, несмотря на его безупречные боевые 10 лет в Красной Армии - с 42-го по 52-й, после окончания института проблемы появились. Ну, не может сын «врага народа», пусть хоть семи пядей во лбу и с самым найкраснейшим дипломом, попасть в аспирантуру! В конце концов, убегая из Поволжья от фактического безденежья и голода, оказались в благодатном и сытном, как на начало шестидесятых, Дебальцево. Да так там и остались.

Так что приглашение меня на работу в комсомол, конечно же, было удивительным. Пытался найти единомышленников, в чём-то убедить партийных начальников... Низкий поклон и светлая память рано ушедшему Ивану Андреевичу Ляхову, настоящему Учителю и Человеку. Если бы не он, «партайгеноссе» мне бы нос разбили за неделю и быстренько выбросили вон. А так - всё равно выбросили, но чуть позже, в связи с чем я и успел что-то. Хотя, судя по количеству грязи, профессионально брошенной мне на судьбу и в важную тогда для жизни партийную карточку, категорически не то, что нравилось партбоссам».

За несколько лет работы в комсомоле Киселев делает головокружительную карьеру - и в 1980-м возглавляет горком комсомола, работая на этой должности до 1983-го. Увольняют его с большим скандалом, обвиняют с присвоении денежных средств, и отправляют в «почетную ссылку» на тепловозостроительный завод (сейчас - «Лугансктепловоз»). Там на разных должностях вплоть до помощника гендиректора Киселев и работает до развала Союза. Потом начинает заниматься бизнесом.

Вместо Киселева кресло первого секретаря горкома комсомола занимает Александр Ефремов. «В 1980 году у меня на столе появилась сводка, в которой фигурировала фамилия Ефремова, - вспоминает Киселев. - Мне, тогда первому секретарю Луганского горкома комсомола, сообщали о том, что институтский комсомольский активист Ефремов пришел из армии и ему нужна работа. Мне он очень понравился при встрече и я без колебаний рекомендовал его на довольно высокую должность заведующего отделом оборонно-массовой и спортивной работы. Пленум горкома его утвердил и он начал работать. И надо отдать должное - здорово и талантливо работать! Так что после года его работы я приложил все усилия для того, чтобы он стал первым секретарем Ленинского райкома комсомола, и мне, слава Богу, это удалось».

Ефремова в комсомол привела девушка

Александр Ефремов сейчас - народный депутат, заместитель председателя фракции ПР в парламенте, глава комитета по вопросам Регламента, депутатской деятельности и обеспечения работы ВР, глава Луганской областной организации ПР, экс-губернатор области. Ему сейчас 54 года. Появился на политической арене в 1983-м.

А. Ефремов говорит, что его родители хотели, чтобы он связал свою жизнь со сферой культуры - мама настаивала на обучении в музыкальной школе и поступлении в культпросвет училище. Он вырос на окраине Луганска, в Каменнобродском районе.

«Но я, не согласовывая свое решение с родителями, подал документы в техникум транспортного строительства, на факультет «Промышленное и гражданское строительство». В конце третьего курса ко мне подошел мой классный руководитель и сказал, что я - единственный, кто может закончить поток с красным дипломом, только для этого нужно оставшиеся две сессии сдать на отлично. Но я об этом даже не думал - в техникуме играл в вокально-инструментальном ансамбле, нам нужны были деньги на аппаратуру, и мы не были исключением - разгружали вагоны, чтобы заработать на адаптеры и усилители… Мы жили этим ансамблем», - вспоминает Ефремов.

В комсомол в школе Ефремова не приняли - потому что на один из субботников он пришел без лопаты и попал в списки «недисциплинированных». Но со временем комсомольский билет Ефремов таки получил. «Ко мне подошла секретарь комсомольской организации группы, в которой я был старостой, Лена Елтышева, взяла меня за руку в буквальном смысле слова и привела в Каменнобродский райком комсомола. Учитывая то, я к ней относился с симпатией, то здорово не сопротивлялся - куда повела, туда и пошел, - смеется Ефремов. - В райкоме меня спросили, читал ли я Устав, на что Лена ответила: «а он отлично учится и принимает участие в культурной жизни техникума». Так, собственно, я в комсомол и попал».

Техникум Ефремов в 1973-м году закончил с красным дипломом, подал документы в Машинститут (сейчас - Восточноукраинский национальный университет имени В.Даля). Поступал на факультет «Автоматизация производственных процессов», но «провалился» на первом экзамене - на тройку сдал математику . «Я получил тройку из-за того, что задачи решил правильно, но в решении не указывал всех действий, которые производил. Для меня это была катастрофа - к остальным экзаменам я просто не готовился. Математику устно я сдавал без подготовки - это был единственный шанс получить пятерку. Сдал. Остальные экзамены сдал без проблем и поступил. Впервые с комсомолом столкнулся именно в институте - парторгом нашего факультета был мой однофамилец. Меня избрали старостой группы, потом секретарем комсомольской организации факультета. Я возглавлял комсомольскую организацию, учился на отлично, хотя многие преподаватели не делали скидок на общественную работу. После третьей сессии я стал получать Ленинскую стипендию в 100 рублей - это были большие деньги, я занимался научной работой, получал еще 45 рублей. Ездил в стройотряды, в летнее время зарабатывали прилично. В общем, активные студенты могли себе позволить обеспечить определенный жизненный уровень. Стипендиатом я был до окончания обучения, вел комсомольскую работу, был избран членом бюро горкома комсомола. В институте меня приняли и в партию - тогда без партийного билета думать о карьере не было никакого смысла. Хотя, откровенно говоря, тогда я этого еще не понимал. После окончания института у меня было право выбора места работы - но я уже был женат, у меня родился сын, и я решил не ехать в Ленинград, как предлагали, а остаться здесь, на Луганском станкостроительном заводе имени Ленина - и не жалею до сих пор. Потом меня призвали в армию, и после службы я хотел вернуться на завод. Но не успел демобилизоваться, как мои партийные документы пришли в горком партии, меня пригласили на беседу и предложили работать в горкоме комсомола. Тогда в горкоме комсомола первым секретарем был Саша Киселев… Мы с Киселевым несколько лет проработали вместе, потом он меня рекомендовал первым секретарем Ленинского райкома комсомола. Позже меня избрали первым секретарем горкома. Киселев был очень способным, умел хорошо преподнести что-то, как и все комсомольское вожаки, очень много работал. Но он был, как бы это сказать, несколько нестандартным, был, как бы сейчас это назвали, более продвинутым. Если бы не определенные инсинуации, из-за которых ему пришлось уйти из комсомола… Я не хочу говорить, почему он ушел. Просто не сложились отношения с некоторыми чинами в горкоме партии».

У Киселева несколько иное видение той истории: «Я начинал с инструктора отдела, дошел до первого секретаря горкома комсомола. А потом во мне, видимо, наконец-то усмотрели что-то не подходящее - наверное, какое-то инакомыслие. Я, когда шел в комсомол, наделся, что смогу изменить его. Но меня в 1983 году «раскусили» и из комсомола выгнали. Это была хорошо прописанная и разыгранная интрига - обвинили в присвоении средств, предназначенных на премии внештатных активистов, вынесли строгий выговор с занесением в учетную карточку члена партии - то есть чуть не выгнали из партии. Видимо, Николай Михайлович Попов - ныне покойный - решил ликвидировать меня как несознательный элемент в рядах руководящей партийной прослойки. Наверное, хотели меня еще и как человека уничтожить, но не получилось. Правда, горький осадок остался по сей день. Наверное, поэтому первые пару-тройку лет трудно было общаться с бывшими коллегами и сослуживцами… Всей правды я тогда не знал и поневоле везде видел предательство. Наивно, но факт. Это потом стало понятно, что многие просто пытались выжить, отойдя в сторону… Ну, да Бог всем и всему судья…После отставки с поста первого секретаря горкома я работал на Тепловозостроительном заводе на обычной должности, в отделе по контролю за качеством продукции. Собственно, в то время и познакомился с Виктором Тихоновым. Замечательный человек, и мы дружили очень много лет. С 1992 года я ушел на вольные хлеба, уволился с должности помощника генерального директора. Занял у таксиста 10 тысяч рублей - таксисты тогда были весьма состоятельными людьми. С этого и начался бизнес».

Правда, спустя 25 лет и Киселев, и Ефремов уже «остыли».

«Как мне показалось, Киселев в жизни получил ответы на вопросы, которые возникли тогда - не его была вина в той ситуации. После того, как я пришел на его место, у нас были натянутые отношения, но со временем все стало на свои места и прояснилось. Я до сих пор считаю, что в моей жизни есть друг и товарищ Саша Киселев. Когда нам хорошо мы можем быть разными. Но когда нам плохо мы будем вместе - в этом я не сомневаюсь. Это то, что говорят о комсомольцах - с другого конца света приедут, и только потом спросят, зачем», - говорит Ефремов.

Ефремов был первым секретарем горкома комсомола с 1983 по 1987 год, потом вернулся работать на Луганский станкостроительный завод имени Ленина - не согласился идти в Артемовский райисполком. Говорит, что не хотел потерять себя как профессионала. «Я убежден: если человек отрывается от какого-то профессионального дела, он становится уязвимым, и им легко можно манипулировать - я не хотел потерять себя как специалиста, а продолжение карьеры по партийной линии сделало бы из меня чиновника. Я бы тогда потерял себя, свое «я».

После отставки с должности первого секретаря горкома комсомола Ефремов получил должность заместителя начальника цеха №2 на Луганском станкостроительном заводе имени Ленина, а поскольку его начальник много болел, то фактически руководил цехом бывший первый секретарь горкома комсомола - тогда ему было 34 года. Говорит, что именно тогда ему пришлось вспоминать «камбродскую юность» - он был самым младшим по возрасту из всех руководителей, и поэтому рабочие его признали не сразу. Однажды Ефремов оставил весь свой цех работать во вторую смену 31 декабря - не успевали выполнить план. «В кабинет ворвались рабочие, которые в довольно резкой форме пытались меня убедить в том, что я не прав - тогда мне пришлось вспомнить свою камбродскую юность и говорить с применением ненормативной лексики. Но после праздников, когда рабочие получили 13-ю зарплату, надбавки и премии - пришли и извинялись. Когда уже начала шататься партия, меня избрали парторгом завода. Где-то в 1987-88 году мы познакомились с Виктором Тихоновым - его в то же время избрали парторгом Тепловозостроительного завода - и на заводе Ленина, и на заводе Октябрьской Революции парткомы были с правами райкомов партии - именно на наших заводах было большинство членов партии в городе. Мы определяли решения городского комитета партии… Так что нашей дружбе уже 20 лет!»

Виктор Тихонов: «Я просто попал в колею»

На должности первого секретаря Луганского горкома комсомола Ефремова в 1987 году сменяет Валерий Голенко (сейчас - председатель Луганского областного совета). Он - единственный из всех комсомольских боссов, кто отказался давать интервью по этому вопросу. Сказал, что сейчас об этом говорить «не время». Так что о биографии нынешнего председателя Луганского областного совета придется расспрашивать у его коллег.

В 1988 году на политическую должность попадает и Виктор Тихонов. В прошлом он - первый заместитель главы областной администрации, 8 лет работал председателем Луганского областного совета, в прошлом созыве Рады был заместителем главы комитета по вопросам Государственного строительства и местного самоуправления, сейчас - нардеп, но работает уже в бюджетном комитете. Ему 59 лет.

Он, правда, был тогда уже старше всех комсомольцев из 80-х, и его карьера состоялась не в комсомоле, а в партийных органах.

«Я прошел путь от простого рабочего до главного экономиста «Лугансктепловоза», - говорит Тихонов. - Последняя должность, которую я занимал до начала политической карьеры - начальник управления труда и зарплаты, часто замещал директора завода по экономике. В 1986 году у меня оклад был 1,5 тысячи рублей. Меня вызвали в горком партии и сказали, что я теперь буду работать в профкоме завода. Тогда дисциплина была железная, и согласия никто не спрашивал. Я пытался апеллировать к тому, что меня там никто не знает и меня на эту должность не изберут, но это не повлияло… Избрали председателем профкома, оклад - 240 рублей…». Тихонов руководил профкомом крупнейшего в городе Луганске предприятия 2 года - с 1986 по 1988 год. «Сейчас это назвали бы «попал в колею». Я планировал потом вернуться к экономической работе… Но став руководителем профкома завода, где работало 36 тысяч человек, я сразу стал членом бюро горкома партии, попадал во Всесоюзный центральный совет профсоюзов, в общем, в номенклатуру».

«Я до этого партийной работой не занимался, был просто членом партии - кстати, вступали мы с Ягоферовым (Анатолий Ягоферов - кум Тихонова, ставший впоследствии его критиком и оппонентом, сейчас нардеп от БЮТ) в один день. Это именно он уговорил меня вступить в партию, говорил, что без этого никуда…», - вспоминает Виктор Тихонов.

Тихонов считает, что главный шаг к его партийной карьере был сделан во время одного из личных приемов первого секретаря обкома партии Ивана Ляхова. Виктор Тихонов тогда был председателем профкома завода. «К Ляхову на прием пришел один жалобщик, который уже несколько раз был на приеме у генерального директора завода. Этот великовозрастный детина в свои 50 лет жил с мамой, и все время качал права, где только можно. Тогда был такой порядок: если человек попал на прием к первому секретарю, то вопрос обязательно должен был быть решен, чего бы он не попросил. Это должно было создавать авторитет власти. И противоречить первому секретарю обкома партии было смерти подобно. Николай Запорожцев (сейчас - заместитель председателя Луганской областной госадминистрации) тогда был первым помощником Ляхова. Из восьми заданных жалобщиком Ляхову вопросов три были просто не решаемыми. Он с этими требованиями уже достал всех, я должен был чуть ли не картошку выбрать на складе, помыть и привезти ему домой. И дров ему насобирать, и печку ему растопить. В общем, требования были абсурдными. Ляхов сказал выполнить все его требования - я ответил, что не согласен. Николай Запорожцев мне «строил глазки» и подавал знаки, чтобы я не перечил Ляхову… Но я стоял на своем, сразу сказал, что решить можно три вопроса из восьми. Это был примерно 1987-88 гг., тогда уже такой субординации не было… Раньше был за такое сразу в рабочие разжаловали бы, за спор с первым секретарем. В итоге получилось по-моему, Запорожцев вышел за мной из кабинета Ляхова и начал вычитывать: ты, дескать, с ума сошел… Я спокойно говорил с партийным начальством, потому что сам в партийных структурных не работал… Через некоторое время мне начали намекать на то, что мной интересуется Ляхов. Он посчитал, что из меня нужно «лепить» партийного руководителя. Его я считаю отцом своей политической карьеры. 1988 году мне предложили возглавить партком завода. Это было предложение, от которого отказаться было невозможно - поставили перед фактом. Там я работал до 1990 года», - говорит Виктор Тихонов.

Валентин Дзонь: «Мне просто очень хотелось получить первое в жизни удостоверение»

Народный депутат 4 созыва, экс-заместитель председателя областной госадминистрации, сейчас - глава областной организации партии «Единый Центр» Валентин Дзонь последние перед развалом Союза годы работал первым секретарем Северодонецкого горкома партии Луганской области. Сейчас ему 51 год.

Дзонь говорит, что его карьера также не была обусловлена родословной. Его партийная биография была без каких-то резких перепадов. Общественной деятельностью начал заниматься еще в школе, в школе вступил в комсомол. «Родители у меня - простые люди, всю жизнь трудились на селе. Не скажу, что я был особо идейным, но мне, помню, очень хотелось получить первое в жизни удостоверение, с фотографией. Тогда мне было 14 лет и паспорта еще не дали. Это было для меня символом взросления, мне казалось, что статус даже в школе возрастал, - с улыбкой вспоминает Валентин Дзонь. - Я помню, как нас принимали в комсомол… Хотя потом, когда сам работал в горкоме комсомола видел этот безобразный конвейер, думал: интересно, а те, кто меня принимал, были такого же мнения об этом процессе?».

Позже - Таганрогский радиотехнический институт, там - вступление в партию. После института - работа на Северодонецком заводе автоматики. Но инженером Дзонь проработал всего один год. «Политика шла в ущерб моей основной специальности, потому что общественные нагрузки занимали существенную часть моего времени, не давая возможности осваивать профессию. Причем моя будущая профессия плохо сочеталась с общественным статусом, потому что требовала сосредоточенности, даже закрытости. Северодонецкий завод автоматики был хорошим местом для карьерного роста - но мои мозги были направлены в другую сферу, через год я уже работал в горкоме комсомола. Начинал в 1980-м, в 1989 году был уже вторым секретарем горкома партии, потом - первым секретарем. Обычно карьера нормально складывалась у того комсомольца, который имел наставника. Нужно было доказать ему преданность, понимание идеологии учителя, и тогда по мере карьерного роста учителя двигалась и вся его школа. Моим наставником был Анатолий Касьянов - бывший секретарь Северодонецкого горкома, потом руководитель обкома и облисполкома… Конечно без него делать карьеру мне было бы не просто. Уже в горкоме партии я проходил школу хозяйственного управления - это была уже не публичная работа, а хозяйственная деятельность. Параллельно я закончил высшую партийную школу - заочно… А потом, в расцвете сил, в 35 лет оказался без работы. За плечами была серьезная политическая карьера, и в вдруг мы все оказались никому не нужными. Мы стали изгоями, месячишко попьянствовали после тех событий, нужно было определиться, что делать дальше. Нам тогда больше ничего не давали делать - таскали по прокуратурам, и все, что мы могли - это собираться где-нибудь в гараже и под рюмочку чего-нибудь обсуждать то, куда нас завтра «пригласят». На первом этапе мы предполагали, что такую страну развалить нельзя, что все еще переиграют. Потом поняли, что этот процесс безвозвратный. Я оказался в бизнесе, работал на конкретном производстве, друзья по тому же комсомолу помогли мне организовать совместное украинско-американское предприятие, мы очень успешно торговали серьезным товаром, в частности, экспортировали химическую продукцию. После этого, в 1998-м, меня пригласили в ЛОГА».

Валентин Дзонь говорит, что с Александром Ефремовым познакомился «еще в той жизни» «Он был первым секретарем горкома комсомола в Луганске, я работал в Северодонецке, мы вместе входили в руководящие органы областной организации с этого, в общем-то, и начинались наши контакты. Особенно ярких страниц в комсомольской биографии с Ефремовым у меня не было. Я бы не сказал, что наши отношения были слишком близкими, но, скажем так, мы относились друг к другу с интересом. Луганск и Северодонецк были нерядовыми организациями в области, у нас была внутренняя конкуренция, но при этом мы выстраивали мужские отношения. Во многом, вероятно, это определило его кадровые решения, которые Ефремов сделал в 1998 году», - отмечает Валентин Дзонь.

Дзонь говорит, что с Александром Кобитевым познакомился в 1984 году, а одно из самых ярких воспоминаний тех времен - история о том, как Кобитев в марте на одну комсомольскую пьянку привез свежий арбуз. «Сегодня этим мало кого удивишь, но тогда это была диковинка. Это сейчас я об этом вспоминаю с юмором, но понимаю, что такое эффектное появление человека мне запомнилось. Арбуз был «никакой», но стал поводом пообщаться. Мы тогда поняли, что у нас много общих взглядов на жизнь. Саша тогда возглавлял Жовтневый райком комсомола, я был вторым секретарем обкома комсомола, потом я ушел в обком партии, а он пришел на мое место. Потом меня пригласили в ЛОГА, туда же пришел и Саша».

Кобитев (в прошлом работавший заместителем, первым заместителем и исполняющим обязанности председателя Луганской областной администрации) со смехом вспоминает историю с мартовским арбузом. Только вот его версия от воспоминания Дзоня несколько отличается. По словам Кобитева, это была вовсе не пьянка, а «безалкогольный обед». Спиртное на том мероприятии было не слишком уместным по нескольким причинам. Арбузы Кобитев достал, чтобы впечатлить ревизора из ЦК комсомола. По словам Кобитева, ревизором была дама уже в летах, и с проверкой к Кобитеву, только что избранному первым секретарем Жовтневого райкома комсомола, приехала в сектор учета. «Сектор учета - это комсомольские билеты, сохранность документов, печати, инструкции - очень специфическая сфера деятельности, за которую люди часто страдали. У Саперовой была репутация человека, который за малейшую оплошность мог отправить провинившегося в тюрьму. Меня только избрали первым секретарем райкома, мне было 23 года, а Саперова на память знала все запятые. Плюс ко всему - всю жизнь была холостая, отдавалась работе. В общем, я прикинул и подумал, что это все может плохо закончиться. Но она поработала, особой жесткости не проявила, серьезного ничего не накопала, и мы пригласили ее на обед на природу - Дзонь и я. Надо было чем-то удивить. Вот я и достал в Тепличном два арбуза».

Александр Кобитев: «Моя карьера - это стечение обстоятельств»

Александр Кобитев - самый молодой из бывших комсомольских боссов, ему всего 46 лет. Работал заместителем, первым заместителем и исполняющим обязанности председателя Луганской областной администрации.

Кобитев говорит, что его стремительная карьера - это просто стечение обстоятельств.

«Это просто везение, стечение обстоятельств. Я из абсолютно простой семьи, с квартала Шевченко. Мама моя всю жизнь проработала воспитателем детсада, отец - сварщиком. Хотя были и люди, которые мне помогали. Были на каждом этапе. И мне хватило мозгов не наделать ошибок, чтобы меня не выгнали. То есть кроме биографических дел, я видимо, обладаю еще и деловыми качествами, по крайней мере, не прогнали поганой метлой ниоткуда - везде я уходил сам...

Моя комсомольская карьера начала формироваться еще в школе. Мне всегда были по душе всевозможные школьные мероприятия - дискотеки, агитбригады, сельхозработы, вся эта тусовка. Еще с пионерских времен я в этом крутился. Потом пришло комсомольское время, я был избран членом комитета комсомола школы, отвечал за культурно-массовую работу. Будучи учеником 9 класса был избран членом райкома комсомола, когда поступал в машинститут (сейчас - Восточноукраинский национальный университет имени В.Даля) уже был членом райкома комсомола с двухлетним стажем, единственный представлял школьную молодежь в комитете. Уже в институте попал в актив, буквально сразу же меня, как члена райкома комсомола, привлекли к работе, - говорит Кобитев. - Я занимался оргработой, отвечал за студенческие отряды, общежития, студенческие советы за реальную деятельность, а не идеологическую работу», - подчеркивает особо Кобитев.

«Тогда со мной были очень интересные ребята - к примеру, Андрей Черкасов (сейчас- директор областного центра занятости) был председателем учебно-воспитательной комиссии (она рассматривала показатели успеваемости, проводила работу с отстающими). Сергей Бойчук (сейчас - заместитель начальника областного УВД - начальник криминальной милиции) возглавлял «комсомольский прожектор» - тогда это была серьезная структура, которая должна была «высвечивать» все недостатки. Но мы работали успешно, у нас «прожектор» занимался не столько формальными делами и, как модно сейчас говорить, «наездами» на нерадивых студентов. Мы вместе находили контакт с администрацией института, решали вопросы с работой администрации в общежитиях… Хотя в «прожекторе» тогда доставалось многим» - говорит Александр Кобитев.

На третьем курсе института Кобитев был избран заместителем секретаря комсомола по оргработе, что предполагало освобождение от учебы - но его, вопреки обыкновению, не перевели за заочное отделение. Так заместителем секретаря комсомола он проработал до окончания института, и пошел работать на тепловозостроительный завод имени Октябрьской революции (ныне - «Лугансктепловоз»). «Я попал в отдел научной организации труда - покорпел там над бумажками месяца полтора. После того драйва, после работы в комсомоле, я понимал, что писать должностные инструкции, оказавшись в куче бумаг - это не мое. Тогдашний секретарь комитета комсомола завода переходил на производственную работу - заместителем начальника цеха точного стального литья, и я уговорил его забрать меня с собой - работал сменным мастером на участке порошковой металлургии. Это был 1985 год. У меня тогда уже было двое маленьких детей, я, бывало, работал по 2 смены, а ночью - еще и сторожем на пульте централизованной охраны, по выходным вагоны разгружал - нужны были деньги. Я тогда, кстати, научился спать в любом положении - стоя в троллейбусе, сидя в машине, я могу себя мгновенно усыпить независимо от состояния. Тогда мне было достаточно подремать минут 15-20, сейчас - часок. Потом этот навык у меня трансформировался в еще более интересный - когда я работал на высоких должностях, я мог спать с открытыми глазами. Я отключался, но при этом у меня был нормальный взгляд….», - со смехом говорит Кобитев.

«Потом карьера начала двигаться очень стремительно - три месяца я поработал главным механиком цеха, и меня неожиданно избрали первым секретарем райкома комсомола - на тот момент у меня был уже 9-летний комсомольский стаж.

- Что значит неожиданно? В те времена неожиданно никого не избирали

- Это действительно произошло неожиданно. Леонида Держака (ныне - генеральный директор ликеро-водочного завода «Луга-Нова» партийные органы долго не хотели отпускать. А Держак был уже в таком возрасте, что в комсомоле все знал до запятой, и уже особого интереса не было, возраст не позволял делать карьеру, и надо было уходить на производство. А замены - не было. Тогда было очень интересное время - 1986 год. На работу требовали молодых и перспективных. Но молодежь должна была для такой должности иметь партийность, стаж освобожденной комсомольской работы, стаж работы по специальности. Так получилось, что у меня к 24-м годам уже все это было. Я полагаю, что меня отслеживали и Держак, и Ефремов. Таких как я было действительно немного - не потому, что я семи пядей во лбу или отличался особыми талантами. Это просто стечение обстоятельств. Хотя я признаю, что меня по этому пути вели. Но для меня решение об избрании первым секретарем Жовтневого райкома было неожиданным. Меня буквально за несколько дней согласовали со всеми инстанциями, я прошел собеседование в обкоме партии и ЦК комсомола. Потом поработала Саперова, я познакомился с Дзонем - он тогда был вторым секретарем обкома комсомола. Короче говоря, первым секретарем райкома я отработал аж 11 месяцев, и меня - на той же волне «молодых кадров» - избрали третьим секретарем обкома комсомола - секретарем по идеологии. Я этим особо никогда не занимался. На этой должности я проработал 10 месяцев. Пришло время Дзоню уходить на повышение, я сменил его в должности второго секретаря обкома комсомола, это был 1987 год. Там я проработал почти 2 года, до 1989-го. Эта работа была мне понятна. А потом пришли новые времена - на должности стали избирать на конкурсной основе. Я стоял первым в резерве на пост первого секретаря обкома комсомола и должность второго секретаря ЦК комсомола Украины, мне прочили очень хорошую перспективу. Но для избрания на пост первого обкома нужны были альтернативные выборы, было два претендента - я и Владимир Пристюк (сейчас - заместитель председателя Луганского областного совета). У нас уже был опыт - мы до этого в противовес мнению Ефремова избрали первым секретарем горкома комсомола Валеру Голенко. Это была наша с Дзонем креатура, мы тогда очень удачно провели кампанию. Пока мы с Пристюком ходили по собеседованиям, наш добрый друг Сергей Рекиянов (сейчас - председатель Государственной налоговой администрации в Луганской области, глава фракции БЮТ в Луганском областном совете) решил самовыдвигаться. Он на тот момент был секретарем обкома комсомола по рабочей и сельской молодежи. Он всегда был бойцом, был амбициозным - в хорошем смысле этого слова. Все партийный боссы были просто в шоке. И выдвинули еще, по-моему Голенко. Короче говоря, Пристюк и Голенко отошли после первого тура, во второй вышли мы с Рекияновым. Я набрал 42 голоса, он - 43. Он стал первым секретарем, я работал вторым. Понятное дело, это не слишком удачное соседство. Я хотел уйти на производственную работу, Леня Держак тогда был заместителем директора на Луганском автосборочном заводе, говорил, что есть работа и для меня. После проигрыша на выборах я проработал или 5, или 7 месяцев. И ушел на производство», - говорит Александр Кобитев.

А. Киселев любит говорить, что он, будучи первым секретарем горкома комсомола, отслеживал меня еще в институте, что он меня патронировал, - говорит Кобитев. - Я помню, как ко мне в комитет заходил такой здоровый дядя, с громогласным голосом - для меня он был просто небожителем. Он был очень серьезным авторитетом в комсомоле, но реально с ним пересекаться мы начали уже когда я работал в областной госадминистрации - были совместные тусовки, мероприятия.. Он очень интересный человек, великолепный собеседник, я к нему отношусь с большим уважением. Знакомство с Ефремовым я помню очень хорошо - он был первым секретарем горкома комсомола, а я - первым райкома. Тогда было время «конкретных дел», первым в Ленинском райкоме был Игорь Седых (сейчас - депутат Луганского городского совета). И Седых всегда обсуждал целесообразность того или иного решения, спорил, я всегда говорил: сделаем. Ефремов - и я это знаю - готовил меня на свое место, но я ушел в обком комсомола, Ефремов был категорически против».

И Александр Ефремов это подтверждает: «Кобитев это вообще отдельная история! Мы много лет шли по жизни вместе… Я получил его в комсомол из пионерской организации, готовил его в качестве своего преемника на должности первого секретаря горкома комсомола - но меня опередили, забрали его на работу в обком комсомола».

Продолжение следует.

-


Комментариев: {{total}}


русскийполитика