Ушел из жизни экс-мэр Николаева Николай Брюханов

Читают: {{ reading || 0 }}Прочитали:{{ views || 6863 }}Комментариев:{{ comments || 3 }}    Рейтинг:(4125)         

В среду, 21 января, ушел из жизни легендарный житель города Николаева – Брюханов Николай Григорьевич, почетный гражданин города Николаева, орденоносец, председатель городского исполкома с 1966 по 1974 г., отдавший всю свою трудовую жизнь на развитие и процветание города корабелов.

Поминальная панихида состоится в субботу, 24 января, в 10:00 по адресу улица Потемкинская, 138 (пересечение улиц Большая Морская и 1-я Слободская). 

В память о Николае Брюханове вниманию читателей предлагаем публикацию Станислава Козлова в «Вечернем Николаеве» под названием «Неудобный» руководитель». Она была написана в мае прошлого года.

***

C каждым годом, встречая 9 Мая, мы с замиранием сердца обнаруживаем, что ветеранов Великой Отечественной, реальных участников боевых действий, остается все меньше. Среди николаевцев таких уже совсем не много. Один из них, Николай Брюханов, в нынешнем году готовится отметить 90-летие. Для Николаева это особый человек, известный не только боевым прошлым. Достаточно напомнить, что в течение восьми лет, с 1966 по 1974, он был председателем горисполкома. На сегодняшний день это самый старый из ныне живущих мэров города.

Согласитесь, мужчине в таком возрасте, да еще и с такой яркой биографией, есть что вспомнить. Его судьба была нелегкой, но интересной. Николай Григорьевич родился в 1924 году в Пензенской области России. Помимо него в семье было еще два брата и сестра. Окончив школу, в 1942-м, он был призван в армию, стал курсантом училища связи, а после его расформирования попал в школу старших радиоспециалистов в подмосковные Мытищи. Курсанты-связисты обучались военным премудростям, осваивали новую технику и привыкали к только что введенным погонам.

По окончании подготовки Николай попал в четвертую танковую армию, которая находилась на переформировании после жесточайших боев на Курской дуге. Впервые понюхать пороху ему довелось вскоре после освобождения Киева. С боями прошел пол-Европы и закончил войну в Праге в мае сорок пятого начальником радиостанции командующего армией. Это была ответственная офицерская должность, от одной оплошности офицера связи такого уровня могли зависеть сотни, тысячи жизней. Тем не менее командование доверило ее Брюханову, как опытному, проверенному в деле бойцу, хотя по званию он был лишь старшиной.

С тех времен осталась память – награды да пожелтевшие фронтовые фотографии. На них совсем еще молодой паренек с открытым, располагающим лицом и медалью «За отвагу». И всегда рядом с сослуживцами. Он не мыслил себя без боевых товарищей, без коллектива. И это – быть в гуще людей, помогать им, жить их заботами, бороться за правое дело, – осталось в нем на всю жизнь.
После войны служил в Австрии, Германии. Вернувшись домой, окончил Пензенский лесотехнический техникум и попал в Николаев, на завод им. А.Марти (ЧСЗ). Завод активно строился, развивался и модернизировался. Ежегодно сюда прибывали сотни молодых специалистов, вчерашних выпускников. Брюханов успел поработать помощником мастера деревообрабатывающего цеха, технологом, мастером, а затем поступил в НКИ, где, согласно приказу по Минсудпрому, учился по ускоренной программе: три года вместо пяти с половиной. С ним учились ребята из разных республик СССР, все они были дружным и сплоченным студенческим коллективом.

Вернувшись на завод, он, член партии, по предложению секретаря парткома Ефима Слепушкина был избран заместителем секретаря парткома этого огромного предприятия и, попав на партийную работу, познакомился с первым секретарем Заводского райкома Владимиром Васляевым. Когда тот пошел на повышение, он предложил Брюханова на свое место. Так, в сравнительно молодом возрасте, он возглавил райком партии.

Если честно, эта работа не слишком понравилась Брюханову. Завод – это конкретные дела и задачи, кипит жизнь, сдаются корабли. А здесь? Партактивы, совещания, конференции… Не работа, а болтовня! Своими соображениями прямолинейный партиец поделился с начальством, за что получил «на орехи». «Прекрати бузить, – заявил ему первый секретарь горкома Константин Каранда, – ты же номенклатурный работник! Это пока ты первый секретарь – с тобой возятся. Так что не вздумай уходить».

Но Николай Григорьевич не послушался. Пять раз его приглашали в обком, предлагали разные должности, но он рвался на родной завод. И уже договорился было с директором Анатолием Ганькевичем, чтобы его взяли замом главного инженера, но тут в дело вмешалась «тяжелая артиллерия». Первый секретарь обкома Трофим Поплевкин решил, что Брюханов должен возглавить Николаевский горисполком.

Тогда общегородских выборов мэра не было, руководитель города избирался депутатами горсовета по представлению бюро горкома КПУ. Оно и решило направить Николая Григорьевича на «кадровое усиление».

Город – многогранный механизм, живущий сложной жизнью, которая не всегда вписывается в привычные каноны и правила. В те годы в Николаеве стремительными темпами развивалось жилищное строительство, тысячи людей ежегодно получали квартиры. Застраивались ЮТЗ, Промзона, Лески, центральная часть города. При Брюханове в Николаеве появились первые девятиэтажки, стартовала застройка проспекта Мира, на тот момент – самого молодого проспекта города. Прежде тут колосились поля, с одной стороны виднелись дома ЮТЗ, с другой – частный сектор Водопоя. И вот заурчала техника, забарабанили свайные копры, раздались трели предупредительных звонков башенных кранов. Для увеличения темпов строительства развивался домостроительный комбинат. Новые дома росли, словно грибы. А в 1967 году в городе пустили троллейбус.

Новостройки, которые велись в основном за счет предприятий, требовали больших денегоду Вопросы финансирования приходилось решать через министерства, часто ездить в Москву. Однажды Брюханов оказался в министерстве, которому подчинялся завод «Дормашина». Здесь он познакомился с министром, имел с ним непростой разговор, но деньги в итоге «выбил». Сын этого министра – Илья Авербух – стал знаменитым российским фигуристом.

Новостройки потребовали прокладки новых улиц. При Брюханове обустроили проезжую часть и заасфальтировали проспект Мира, улицы Театральную (ныне Васляева), Парковую (Олейника), продлили улицу Космонавтов от Херсонского шоссе до проспекта Мира и ниже, до Октябрьского проспекта. А то ведь раньше, чтобы проехать с Промзоны на ЮТЗ требовалось преодолеть неблизкий путь по Херсонскому шоссе до старого кладбища и затем по Октябрьскому проспекту!

Продолжалась масштабная газификации Николаева, стартовавшая в 1963 году, дровяные плиты и баллоны с газом уступали место газопроводам. Был разработан проект теплофикации города, в «жилкопы», где раньше доминировали угольные сараи, стали подводить тепло. Часть неэффективных малых котельных закрыли, зато развивалась ТЭЦ, была проложена теплотрасса на ЮТЗ, запроектировано строительство районной котельной на Промзоне. В городе вступили в строй стадион «Судостроитель», ДКиТ судостроителей, кинотеатр «Юность», новый автовокзал. А возле него была рекультивирована старая городская свалка. Вместо нее открыли новую, подальше от Николаева, в Коренихе. Да, сегодня полигон твердых бытовых отходов – большая беда для местных жителей. Но в те годы никто не собирался его эксплуатировать так долго, да и технологии по захоронению ТБО старались соблюдать, не в пример нынешним временам. По крайней мере, на это выделялись достаточные средства. Появилось и кладбище в Мешковке, поскольку старое городское кладбище давно было перегружено, здесь наслаивались друг на друга захоронения разных десятилетий, вдобавок оно сдерживало развитие транспортной и прочей инфраструктуры в районе, где намечалось строительство зоопарка.

Горисполком уделял огромное внимание озеленению, сносу аварийных зеленых насаждений и высадке новых. Дороги в старой части города массово закатывали в асфальт поверх брусчатки. Сегодня она то тут, то там «вылезает» на свет божий, и николаевцы негодуют: зачем было ее асфальтировать? Но мощение большинства наших улиц было далеким от идеала: проезжая часть неровная, ходовая у автомобилей постоянно выходила из строя, заставляя водителей чертыхаться, а транспортные предприятия – постоянно нести дополнительные траты на ее ремонт. В сухую погоду на улицах поднимались тучи пыли, оседавшие и на окрестных домах, и на пешеходах. Асфальтирование решило эти проблемы. Во времена Брюханова большинство булыжных мостовых было заасфальтировано. А «прорывается» камень наружу в наши дни лишь потому, что у города не хватает средств на содержание и ремонт дорог, многие из которых пропустили уже несколько межремонтных сроков.

Еще одно новшество – превращение Советской в пешеходную улицу, на тот момент – одну из немногих в СССР. Движение транспорта перекрыли, трамвай, который прежде ходил по Советской, ушел в историю. Улица приобрела особый лоск и колорит, тем более что все фасады тогда были как с иголочки, балконы и декоративные элементы зданий поддерживались в полном порядке.

К Николаеву присоединили Варваровку и Жовтневое, на базе которого был создан новый район – Корабельный. Город быстро рос и хорошел, его население увеличивалось. Потребовалось строительство нового аэропорта. Брюханов был сторонником создания общего аэропорта на полпути между Николаевом и Херсоном, ведь расстояние между двумя областными центрами – самое короткое в Украине. Это позволило бы сэкономить средства и дать аэропорту гарантированный пассажиропоток. Но его не послушали, каждый город начал строить собственный аэропорт. Результат известен: что у нас, что в Херсоне аэропорты не могут толком прокормиться из-за низкой загрузки, не говоря уже о перспективе развития.

Все эти годы Николай Григорьевич работал в тесном контакте с первым секретарем горкома, а впоследствии и обкома Владимиром Васляевым. Между ними сложились ровные, доброжелательные отношения. Да и не мудрено: оба одногодки, фронтовики, ответственные и человечные руководители, скромные, со схожими взглядами на жизнь, знакомы еще со времен работы в Заводском районе.

Но вот с другими ответственными работниками, отраслевыми секретарями горкома и обкома, с руководством облисполкома не раз возникали трения. Брюханову с его прямолинейностью и стремлением к справедливости сложно было с ними сработаться, для многих он был «неудобным» мэром. Каждый стремился решить свои узкоотраслевые проблемы, например, заасфальтировать какой-нибудь проезд на отшибе, хотя и для магистральных дорог, густонаселенных районов асфальта не всегда хватало. Председатель горисполкома «восставал» против такого подхода. До глубины души его возмущали и попытки распределять жилье в ручном режиме, когда квартиры пытались дать вне очереди. Пусть и хорошим людям, но чем хуже те, кто стоял в очереди и терпеливо ждал своего жилья годами? Сложные отношения с номенклатурой иногда сказывались самым неожиданным образом. К примеру, он получил нагоняй в облисполкоме за продление улицы Космонавтов. Казалось бы, абсурд. Но ведь и такое было!

Растущее недовольство начальства «неуживчивостью» руководителя города, неоднократные споры, волнение, колоссальные перегрузки, – все это привело к тому, что у него на нервной почве обострились проблемы с сердцем. И тогда он обратился к Васляеву с просьбой об отставке...

После ухода из горисполкома Брюханов не остался без дела, сначала руководил облжилуправлением, потом занялся созданием в Николаеве Южного производственно-технического предприятия. За малопонятным стороннему человеку названием ЮПТП скрывалось оборонное предприятие, специализирующееся на загоризонтной радиолокации и монтаже станций противоракетной обороны. В Москве находилось головное предприятие – ГПТП, а в Ленинграде, Рязани, Владивостоке и Николаеве – дочерние предприятия, входившие в эту систему.

Для Брюханова новое дело было близким, ведь по военной специальности он радист. ЮПТП он зарегистрировал в 1978 году Работать начинали в небольшом помещении на 7-й Слободской, арендовали площади в НИИДАРе, а вскоре на пустыре по соседству с этим институтом стали строить свою базу. Брюханов, как мы помним, любил начинать дело с нуля. Мудрый руководитель, разбиравшийся в людях, он сумел привлечь лучших выпускников профильных вузов, растил прекрасные кадры, понимал, кого и на какой участок работы нужно поставить. Вскоре в чистом поле был построен огромный лабораторный комплекс, склады, другие здания и сооружения. Коллектив ЮПТП разросся до 2 тыс. человек. Его специалисты работали в азербайджанском Куткашене, Печоре, Комсомольске-на-Амуре, на далекой Нурекской ГЭС и многих других объектах. Знаменитая антенна возле Калиновки, демонтированная в начале нынешнего века, и антенное поле в поселке Луч – тоже их рук дело.

Люди работали с полной отдачей еще и потому, что знали – руководство предприятия изо всех сил старается создать для них прекрасные социально-бытовые условия, снабжает всяческим дефицитом, который тогда в свободной продаже было не сыскать. В Николаеве молодой специалист сразу получал общежитие, через несколько лет – квартиру. А если попадал на объект, там было и жилье, и столовая, и спортзал, и баня, – все, что душе угодно. ЮПТП за короткий срок построило свое общежитие, несколько девятиэтажек, два 16-этажных дома-«свечки» на выезде из города в районе Баштанского шоссе, пионерлагерь в Рыбаковке, базу отдыха «Комета» в Коблево, в четырехэтажном корпусе которой отдыхали не только сотрудники и их семьи, но и смежники из других республик.

– Николай Григорьевич отличался мудростью и умением организовать дело, – рассказывает нынешний директор ЮПТП Александр Черевко. – Умел работать, подбирать кадры, искать заказы, для чего часто летал в Москву, используя связи, приобретенные в годы работы мэром. И ведь все это не для себя, а для дела, для коллектива. Сегодня времена изменились, у предприятия нет таких объемов работы, но кадры, выращенные им, не потерялись в море жизни. Многие ушли в престижные московские НИИ, банки, крупные компании, стали разработчиками уникальных операционных систем.

В 1994 году Брюханов ушел на покой. Но и на пенсии не смог сидеть сложа руки. Насколько позволяли годы, занимался общественной деятельностью, консультировал городские власти. Даже когда здоровье стало совсем слабым, и он перестал выходить из дома, все равно старался помогать людям. Вот только они не всегда платили ему тем же. Несколько лет ему в одиночку пришлось сражаться с кафе «Кав'ярня», что располагалось на Советской, прямо под его квартирой. Ночами по выходным здесь играли свадьбы, да настолько шумные, что полы ходуном ходили от орущей музыки и сотрясались от криков «Горько». Что поделаешь, ведь дом довоенной постройки, с деревянными перекрытиями. Владельцы кафе требования закона №1745, регламентирующего режим тишины и защищающего граждан от шума, игнорировали. Он встал на защиту своей семьи и покоя своих соседей, обращался в милицию, СЭС, даже собирался судиться с нерадивыми хозяевами. Наконец, справедливость восторжествовала. Теперь вместо кафе работает магазин, в доме – тишина и спокойствие.

Старость человека не бывает радостной, после смерти супруги Любови Ивановны, с которой он прожил почти полвека, пережив инсульт, он почти утратил способность двигаться, не выходит из дома. Но горе утраты и болезни не сломили этого мужественного человека. По-прежнему, насколько возможно, он старается жить активной жизнью, читать газеты и смотреть телевизор.

Всю свою жизнь он посвятил отстаиванию интересов нашей страны, служению людям. И об этом молчаливо убедительно свидетельствует множество жилых домов, объектов соцкультбыта и городской инфраструктуры, построенных под его руководством.

Станислав Козлов, "Вечерний Николаев"

Анатолий Чубаченко


Комментариев: {{total}}


русскийобщество