«Если каждый кусочек себя отдаст для общего дела, то Украина состоится как государство», - «морской котик» Эдуард Шевченко

Читают: {{ reading || 0 }}Прочитали:{{ views || 8388 }}Комментариев:{{ comments || 3 }}    Рейтинг:(5040)         

Эдуард Шевченко - капитан І ранга, командир отряда 73-го морского центра спецназначения. Заслуги этого человека подтверждают два ордена Богдана Хмельницкого II и ІІІ степеней, три ордена "За мужество" (І, ІІ и ІІІ степеней). При всем этом Шевченко отличается немногословностью. Он предпочитает говорить о бойцах, наставниках. И как истинный спецназовец, который провел в зоне АТО уже более полутора лет, четко знает, о чем смолчать. Будучи наслышанной о боевых заслугах командира, вполне логично, что я ожидала увидеть сурового мужчину, одетого по форме. Но даже мое легкое волнение из-за будущего общения с капитаном исчезло. Собеседник встретил гостей по гражданке, с по-отечески доброй и искренней  улыбкой, и безо всякой напыщенности рассказал о том, что вряд ли напишут в учебниках по истории. Приятно удивил и сам ход беседы – Шевченко часто цитировал писателей и мудрецов. Как говорит собеседник, книги – это кладезь знаний, и читать их надо не для расслабления, а получения информации, но выбирая только достойных писателей, что позволяют по «крупиночке» получать опыт.

                  О «голосе народа» - волонтерах

О роли волонтеров и их бесценной помощи военным в зоне АТО можно писать книги, ведь именно их помощь позволяет бойцам получать необходимое для службы и военного быта. Нас интересовал вопрос о работе николаевских волонтеров. Как известно, Николаевский фонд «Добро» («Позывной Горыныч») постоянно оказывают поддержку данному центру спецназначения и присутствуют при важных событиях. Например, на недавнем торжественном выпуске Шевченко из Национального университета обороны Украины им. Ивана Черняховского.

Друзья-волонтеры вместе с Э.Шевченко во время получения диплома
- Не секрет, что роль волонтеров в обеспечении армии достаточно велика. Волонтеры активно помогают и вам.

- Да, недавно, например, волонтерами города Николаева были переданы очень ценные и нужные для нас вещи – боеприпасы на винтовку 338-го калибра. Те винтовки, которые у нас появились, - 338-го  калибра – это тоже была их работа, основную часть которой провел Олег Мудрак, потратив много своего времени, сил и средств. Ничего подобного у нас раньше не было. Ну, и быть, в принципе, не могло, потому что всё было советское, старое. Волонтеры, которые сейчас появились, помогают решить большое количество вопросов по специальности и беречь жизни личного состава. Чем ближе ты подходишь к линии фронта, тем это опаснее. А новые винтовки позволяют работать на больших дистанциях, в свою очередь переданные боеприпасы позволяют ещё больше увеличить дальность стрельбы, но сохранить точность. Поэтому мы очень благодарны за все – эти винтовки фактически на вес золота. Если вам интересно, такая одна передача стоит 35-40 тысяч гривен, поэтому сами понимаете, что мы бы это не потянули. Министерству обороны без того хватает проблем. Автопарк старый советский, вооружение... Благодаря волонтерам, у нас всё получается. Когда у нас не было тепловизоров, они передавали тепловизоры, когда не было спальников, они передавали спальники, когда не было постельного белья, передавали постельное белье, когда появилась необходимость в винтовках, они сделали всё, чтобы появились винтовки. Это сумасшедший вклад в общее дело.

С чего началось ваше сотрудничество с волонтерами?

- В прошлом году, когда только всё началось. Появились они с первым вопросом: «Что необходимо вам, чтобы легче работалось?». Понятно, что до всех этих событий, никто из нас и знать не знал о каких-либо волонтерах. Это слово я вообще первый раз услышал в 2014 году. Приехали дядьки из Николаева по гражданке. После звонка вышел на КПП, где они мне рассказали, что земляки, которые хотят помочь, спросили, что необходимо. Они и сразу приехали не с пустыми руками: привезли продукты, дождевики. После беседы они приехали недели через две. Честно, я думал, что они приехали поговорить. Но когда привезли ещё и извинялись, что мало, это было удивительно. Армия была посмешищем 23 года, и всё это время показывали фильмы типа «ДМБ». Видели это «ублюдство»? За такое надо режиссеров в тюрьму сажать! Если раньше нас воспитывали на любви к Родине: мальчик должен служить в армии, быть защитником, то тут же наоборот показывают, что тот, кто не откупился – неудачник. Но дорога ложка к обеду – когда понадобилась она (армия – ред.), все кинулись! Я не хочу призывать всех: одеваемся и в окопы, нет, пускай каждый будет на своем месте. Вот мне задавали вопрос, как я думаю, когда будет победа? Победа будет тогда, когда каждый будет на своем месте. Важно чем-то заниматься, хоть что-то сделать для этой победы. Военный – понятно, чем будет заниматься. А вот, например, певец, пускай он снизойдет со своих высот и приедет к обычным бойцам в палатки спеть им песню. Для них это будет большая радость. Тот, например, кто производит продукты питания, пускай тоже от себя часть отделит и отправит бойцам в окопы. Если каждый из нас кусочек себя отдаст для общего дела, то, поверьте мне, победа придет очень быстро, и Украина состоится как государство.


Патроны, приобретенные волонтерами 

А вот у волонтеров есть такое предложение по поводу переименования десантных кораблей. Например, средний десантный корабль «Кировоград» предложили переименовать в честь капитана I ранга Юрия Олефиренко, которого вы считаете боевым наставником. Соответствующее обращение они уже передали в Кировоградский городской совет. Как вы относитесь к такой инициативе волонтеров?

- Это действительно боевой наставник, это человек-легенда. Он много воевал во время Афганской войны, 4 года. Он сейчас мог бы не идти никуда. У него бизнес, пенсия. Он и его уход на войну чем-то мне напомнил сюжет из фильма «Белое солнце пустыни», когда жена закрыла мужа. Такая же ситуация. Жена Лена спрятала его форму, когда повестка пришла, а он всё равно ушел. И вот она сидела на похоронах плакала, что всё равно же ушел... А вы можете себе представить такое, чтобы остановить ветер? Ну, как можно остановить человека? Когда он вернулся на службу, то даже расцвел. Это как взять рыбу и кинуть в воду. Что касается переименования, у меня только один вопрос может возникнуть по этому поводу – а чего до сих пор ещё не переименовали? Общество должно помнить о таких людях. Есть и другие персонажи, которые в мирное время рассказывали истории о том, какой «я весь из себя». А когда петух жареный клюнул, что-то их нет в нашем строю дружном. А он ничего никогда не рассказывал, но он почему-то бросил всё и пришел в этот строй. Я считаю, что на примере таких людей, как Юрий Олефиренко, должны воспитывать подрастающее поколение. Волонтеры – это представители народа, голос народа. Несмотря на разные предпочтения, есть то, что делает это общество обществом, а государство государством – какой-то стержень внутри – не крайне правый и не крайне левый, не радикалы, а именно золотая середина. Вот, я считаю, что волонтеры – это именно та золотая середина общества. Если они говорят об этом, значит, есть такая потребность, и общество подошло к этому. И это не только о переименовании корабля. Был у нас лозунг такой в советское время: «Народ и армия едины». Во всем нужно искать рациональное зерно, и в советском времени. Вот идеология была поставлена очень сильно, и это правильно. Вспомните, как у нас начинался Майдан. Некоторые клоуны, я не буду их имена называть, думаю, что их и так знают, начали пикировать Министерство обороны, тем самым вбивая клин между народом и армией. Но я же и есть частичка этой армии, я представитель одного из обязательных институтов, без которых и государства не будет – это Вооруженные Силы.

Еще есть инициатива, ею активно занимается волонтер Владимир Белый, она касается десантного катера «Брянка». Он числится, как металлолом. Волонтеры предлагают забрать его, восстановить и переименовать в честь капитана-лейтенанта Михаила Горяйнова.

- Мишу Горяйнова я знал ещё до войны, слышал о нем, что был офицер, служил в части. Потом мне довелось встретиться с ним. И вот штрих к портрету: стоит молодой человек в костюме, явно не из китайского рынка, машина у него «Ягуар». Начал извинятся, что он с нами не в одном строю, но, мол, помогу, чем смогу. Я не знал, кто это, потом в ходе знакомства он рассказал, что служил на острове Майском, но как-то стеснялся сказать. Очень скромный человек. Когда погиб Борисович (Юрий Олефиренко – ред.), мы с ним встретились на провожании в Очакове. Он сказал, что не может сидеть дома, написал рапорт, мол, если Борисович такая глыба и пошел, хотя он своё уже отдал Родине сполна, чем я хуже. У человека было всё, он не отмазывался за деньги, у него была бронь, он сам пошел, протолкнул свои документы. Я не живу по принципу, что если кто-то погиб, то он хороший. Если человек заслужил уважения, то уважаю, нет, до свиданья. Я его очень уважаю. Первый «беспилотник», который появился, это Миша его привез. Видно по отношению человека, когда он что-то делает, не тяп-ляп, а частичку души вкладывает. Он этот «беспилотник» усовершенствовал, он сам изучал этот вопрос. Я смотрел со стороны и думал, зачем при его возможностях, он лезет в это всё.

Эдуард Шевченко с друзьями-волонтерами Олегом Мудраком и Русланом Пересунько
За последний год военных действий как, по-вашему, изменилось общество? Бытует мнение, что надоело читать о войне, интерес ослаб…

- Интерес не ослаб. Я помню, как это всё начало происходить с Крымом, бабушки несли консервацию, было приятно смотреть. Я смотрел на общество до войны, как на маргиналов. Многие же ведут маргинальный образ жизни – оторви и выбрось. Я не ожидал, что такое произойдет. Я думаю, что и враг не ожидал, что если они попрут, то кто-то встанет. А все взяли и встали. С самого начала это было хаотическое броуновское движение, а сейчас есть какой-то порядок. Интерес не ослаб, просто поймите правильно, есть понятие пафоса, когда человек вчера за родину, за Сталина, а сегодня модно со свечкой в церкви. И он уже там.

                  О предложениях от российской стороны и уважению к противнику:
                  «К солдату, даже противнику, нужно относиться с уважением»

Эдуард Шевченко вырос на Камчатке, жил во Владивостоке и служит в Украине. Он прошел события в Крыму, от которых идет расшатывание ситуации в стране, и активно служит в зоне АТО. Хоть о своих заслугах командир говорить не любит, но истории о бойцах, их мужестве говорят и о самом командире, позволяя каждому сделать свои выводы.

- Были предложения со стороны Российской Федерации перейти на их сторону?

- Как вы думаете, если я родился, вырос в России, у меня все родственники там и учился я там же?

Некий Виктор Футурнюк предлагал? Он тоже служил в специальных подразделениях в городе Очаков.  Сейчас он является инструктором по русскому рукопашному бою в Севастополе.

- Мне лично нет, бойцам моим предлагал, он чуть не тот уровень, чтобы предлагать мне что-то. Я не знаю, как это назвать. Когда ты вчера с этим человеком с одного котла ешь, а завтра ты берешь оружие, чтобы в него стрелять, как это называется? Если бы вы видели сообщения, которые он присылал моим бойцам! При нормальной памяти и здравом уме к такому нельзя прийти. Наверное, зомбировали.

Помните, Омар Хайяма: «Никогда не позволяйте своим ушам верить в то, что не видели ваши глаза». Он такую ахинею нес – мне просто было интересно, где он это всё брал.

Что вам помогло сохранить свою позицию? Ведь вы выросли в России…

- А что я настолько был склонен перейти на ту сторону? Есть случай, который мне очень понравился, это именно поступок мужчины. Я вам приведу два примера. Был у нас такой Захватихата. Он бездарность, и это не громкие слова, он знал, как подмазываться. Его назначили командиром части в Донузлаве. До войны, до этих всех событий, он ходил, рассказывал какой он украинский казак, какая это титульная нация, что москалей всю жизнь в позу «зю» ставили. Я ему объяснял, что так нельзя разговаривать, потому что у нас в подразделении служат разные люди – и россияне, и белорусы, и татары. И вот привел их (российских военных – прим. ред.) к нашей части. Россияне даже не знали, где она находится, потому что она только сформировалась. Сдал полностью личные дела своего личного состава с телефонами офицеров. Ещё о чем-то надо говорить? И совсем другой случай. Командир Донузлавского отряда пограничников полностью вывел все свои корабли в море , когда в Крыму всё началось, и в режиме радиомолчания осуществил их переброску в Одессу. Прибыл, доложил. Все были в шоке, как он это сделал. Легенды разные об этом ходят, но, тем не менее, все корабли вывел, доложил командованию. Но тут же дал рапорт на подпись, говоря, что в Крыму его семья, родня, он хочет там остаться. Но он поступил, как офицер, как мужчина, а не как подлец. Не хочешь – напиши рапорт, уйди по совести. Поймите, есть всё-таки морально-этические нормы. Представляете, сколько лет я прослужил в Украине, хоть я сам оттуда. 15 лет! Представляете, сколько «через мои руки» прошло людей. А теперь представьте, как жить с тем, что ты будешь в этих людей стрелять? Может, это для вас высокопарные слова, но для меня это жизнь. Сможете с этим жить, детям в глаза смотреть? Поэтому здесь без вариантов. Мне даже мои родственники, которые в России, сказали, что если бы я поступил, как те, которые в Крыму, они бы меня вычеркнули из своих списков. Хотя мы сейчас по разные стороны баррикад, но есть какие-то правила, которые нарушать просто нельзя.

Эдуард Шевченко удостоен двух орденов Богдана Хмельницкого II и ІІІ степени и трьох орденов "За мужество" (І, ІІ и ІІІ степени)
Ваши бойцы попадали в плен, вам эта ситуация близка и знакома. Как вы относитесь к переговорам и мирному обмену пленными? В то время, как, например, США придерживается силовых захватов. На Востоке были случаи продовольственного обмена.

- Вы представляете, как это человека на тушенку менять? Мое личное отношение, что людей надо менять на людей. Люди – это не скот, и к солдату, даже противнику, нужно относиться с уважением. Моя бабушка всегда меня учила, что люби противника, люби больше любого друга, он делает нас сильнее и не дает расслабляться. Опускаться до уровня какого-то животного вроде Моторолы или Гиви, стоять унижать бойца? Пусть он даже террорист, ополченец, сепаратист, он – солдат, он воевал, и относиться к нему надо с уважением. Если он заслужил, его надо отдать под суд, должно пройти нормальное следствие, если мы строем правовое государство, а не «банду батьки Махно». Но когда людей на тушенку меняешь, то, в первую очередь, себя унижаешь. Люди это кусок мяса что ли? 

Есть мнение, что спецназ используют не по назначению.

- Есть такие разговоры, что используют. Обычно те, кто это говорит, мало что из себя представляют. Любой командир, используя силы и средства, которые у него есть, тратит их в том объеме, в каком он уверен. Бойцы либо выполнят задачу, либо хотя бы не погибнут. А если это клоуны, которые из себя ничего не представляют, кроме красивых берц и камуфляжа, отличной разгрузки, то таких понятно, что нигде не будут применять, кто им что доверит. Если он карту с собой на выход не берет. Тех, кто может и умеет, тех применяют. И у меня такие были, я со многими прощался, и бойцами, и офицерами. Всё, что происходит, сейчас только формирует общество и армию. Ведь это были потешные войска – бирки, комиссии, трава, бордюры, иголки, нитки.

(Во время разговора подошел местный житель, чтобы просто пожать руку и выразить уважение, объясняя, что, когда узнал Шевченко, он ещё был капитаном 3-го ранга.)

Какие потери среди бойцов вашего подразделения?

- Раненные есть, потеря одна, погиб офицер, но он тогда воевал не в составе отряда, он был заместителем - Валентин Заграничный. Стараемся делать всё возможное, потом невозможное, чтобы людей беречь. Были каверзные ситуации, когда волос выдирал на голове. Но это в основном не сам когда там, а когда ждешь. Ждать всегда страшнее. Когда воевал и уходил на выход, полковник Петр Олегович изводился весь, связи вовсе не было. Я не понимал его переживаний, ведь что за это время могло случиться. Он говорил мне, что я когда-то узнаю, что такое ждать. И я узнал. Лучше я буду ходить сам, потому что ждать нереально. В эти моменты перекручиваешь всё и думаешь, ну, лучше бы я сам, так спокойнее. Хотя уже надо не ходить (учитывая звание – ред.), кого-то посылать, но так спокойнее.

Чувство порядка вам присуще, как бы вы прокомментировали действие некоторых организаций на местах. Допустим, того же «Правого сектора».

- Пусть моё мнение останется при мне. Я с ними не работал, я видел всякий «Правый сектор», всякие «Айдары» и «Донбассы». Есть ребята, которые заслуживают сумасшедшего уважения, а есть, кто заслуживает лишь порицания. И всех под одну гребенку я ставить не буду. Раз они в это время, в этом месте возникли, то… Знаете, как говорил Маяковский: «Если  звезды зажигаются, значит, это кому-нибудь нужно». Раз они в данное время, в данном месте появились, значит, это кому-нибудь нужно.

(Разговор прервал звонок, который взволновал Шевченко. Как говорит сам, не каждый день звонят одни из первых лиц, представляющих военное дело в стране).

                 О выборах:
                 «Выбрать не тех, которые хорошо "лялякают", а людей с гражданской позицией»

Вы уже заметили, что грядут выборы. Что вы думаете по этому поводу? Вы ведь будете наблюдать со стороны…

- Я не настолько тупой солдафон, как, может, кому-то это кажется. Я не могу сказать, что с военной точки зрения буду только смотреть. Мы не можем взять и переломить всё к военному делу. Мы должны подойти к этому вопросу трезво. Должны выбрать людей не тех, которые хорошо «лялякают». Не важно, военный он или гражданский. Важно, чтобы этот человек был порядочный и профессионалом своего дела. Как меня учили в военном училище, что высшее образование не дает знаний, оно дает понятие, где и как эти знания можно открыть и взять, уметь ими пользоваться. Я считаю, что надо давать возможность пойти в политику не тем, кто красиво рассказывает, а тем, кто на деле себя проявил. Я не призываю же всех взять и пойти в окопы, нужно заниматься на своем месте своим делом, и тогда мы все вместе сможем горы свернуть. Как по мне, надо отдавать предпочтение тем людям, которые вкладывают душу. Надо их избирать, а не болтунов, которые красиво пиарятся. Вот я работаю с Олегом Мудраком, Русланом Пересунько, Владимиром Белым, Олегом Шутяком. Я их знаю, я вижу, что эти люди помогали. Я не за то, чтобы волонтеров всех приводили к власти. Но власть ведь тоже из общества выбирают. Это люди, которые заняты каким-то делом. На политика ж этому специально не учатся. Если он там совсем уж такой политик, опять-таки, стоит задуматься. Надо думать, что парень не только должен быть неплохим, но и на свет что-то производить.

Иногда включишь телик, там эти клоуны выступают. У нас были споры, чтобы их всех выгнать, а вот людей, которые себя отдают этому обществу, их надо туда ставить, с них будет толк. У них больше правды, больше, модное слово, «прозорости». Я не знаю, кто и где баллотируется, я в этот момент буду там (зоне АТО – ред.) находиться. Но отдаю конкретное предпочтение тем людям, которых я видел, которых я там лицезрел, с которыми работал. Голосовать за фамилии, которых я знать не знаю, я не буду. Один из мудрецов говорил, что по нашим поступкам, да будет сложено мнение о нас. Люди делали, вот и мнение о них соответствующее. Вот придет какой-то завтра и начнет мне песню петь. Петь, оно же знаете, мастера все, а фактически покажи, что сделал. Ну, а что он сделали своими рассказами, не для меня, ни для армии, что они для этого государства уже сделали? Ничего, кроме языком потрепать. Шарики выпускают?

Эдуард Шевченко и Сергей Панков - волонтер из Первомайска - начальник Первомайского СМУ ОАО "Николаевгаз"

                  О семье и сыновьях:
                  «Мужчина, который не служит в армии, - это девочка»

Во время интервью хотелось узнать не только о боевой семье командира, но и тех, кто ждет дома. По словам Шевченко, каждый из нас там, верит, что его кто-то ждет, и только этой надеждой живет. У Эдуарда Шевченко двое сыновей – старшему 8 лет, младшему – 7. Во время разговора папе звонил младший, который по командованию отца должен был четко дойти до дома. О крутом нраве Шевченко известно не только бойцам, но их женам, которые поначалу даже жаловались на строгость командира. Поэтому возник интерес, какой же начальник в семье.

- Дети уже определились с родом занятий по жизни? Ведь у вас род военных. Что, вполне возможно, могло уже проявиться в детских амбициях.

- Старший, ну и младший, знают одно. В нашем роду как-то так заведено, что мужчина, который не служит в армии, это девочка. Воспитываю строго. Дети хотят продолжить семейную линию военных. Они не знают, что папа воюет, зачем это им. Когда я задавал вопросы по поводу наград отцу или деду, они спрашивали, сделал ли я уроки, советуя именно ими заняться. Вот и у меня такая же ситуация. Я ничего не говорю, не показываю. Если даже у папы что-то в жизни и получилось, он не должен жить в лучах какого-то солнца, он сам должен быть солнцем, своими силами. Он знает, что папа офицер, что  папа служит, что он в командировке. Может, узнает, может, нет, я по этому поводу не комплексую, я не делаю это для того, чтобы «понты лимонить». Это работа такая. Мне за неё платят деньги, я обязан её выполнять. Может, вы  хотели услышать политику партий вроде как за Родину, за Сталина, но фактически, я должен отрабатывать деньги. Я делаю с той целью, что у меня есть дети, есть родители, семья.  Вот я делаю так, чтобы они спали спокойно.

Как жена относится к вашей серьезной и опасной работе?

- Я стараюсь жене много не говорить, но в связи с тем, что она служит со мной в одной части, она всё знает (смеется). Она очень сильно переживает, если бы я мог ей песни петь, то я бы и продолжал, но она подняла документы, и я уже её никак не обману. Когда уезжал на Восток, сказал, что в Харьков при штабе, но она уже звонила, потом и рассказала всё. Вот думала, что я ей не доверяю. На ней дом, дети, две собаки лайки, я же заядлый охотник. Но сейчас это не охота, даже противник - это тоже человек, тоже солдат, с какими-то целями, я должен его победить, иначе он победит меня. Но я не могу к нему относиться как к животному, тогда я сам в такого превращусь, я обязан воюя уничтожить, но не потому, что он для меня жертва, потому что так должно быть.

Парни себя главными чувствуют во время вашего отсутствия?

- Я воспитываю своих так, что это мужчина, который несет ответственность за себя, женщину, детей, стариков. Мне звонила как-то мама и говорила, что «раскоронуй» старшего, уж больно он «закоронован». Я ведь, когда уезжал, оставлял его за старшего мужчину. И он начал бабушку с матерью строить. Они конечно его бить не будут, у нас женщина на мужчин руку не подымает, вот когда я приеду, кнут применять могу. Но, конечно, стараюсь объяснять. Они просто знают, кто в доме хозяин. И вот очень приятно, что когда говорю так нельзя, у сыновей возникает вопрос, почему. Надо и своим примером воспитывать. Стараюсь воспитывать по примеру, что делай, как я, а не делай, как я говорю.

Опыт, профессионализм и грамотность Шевченко сделала беседу легкой, не смотря на сложную тему. После общения с такими людьми, понимаешь, что страну защищают достойные и лучшие, и это не парирующие речи. Здесь не было громких слов о патриотизме, единой стране и мире, наоборот, присущее чувство долга, обязанность, пусть и рабочая, и ответственность, которые в результате намного эффективнее. К слову, в этот вечер Шевченко снова отправился в зону АТО.

Ольга Лисовская, специально для Преступности.НЕТ 

Преступности.НЕТ


Комментариев: {{total}}


русскийобщество