«Безусловно, мои коллеги относятся ко мне с достаточным уважением», - Гранатуров о своем влиянии на процессы в Николаеве

прочтения: 4380
20.06.2016 13:05

В первой части интервью с сопредседателями партии «Наш край» Александром Мазурчаком и Юрием Гранатуровым мы говорили о том, зачем была создана партия «Наш край», кто сегодня представляет ее на местном уровне, готовятся ли «нашекраевцы» к парламентским выборам. Также поговорили на злободневные темы: что ждет жителей многоквартирных домов после 1 июля? Насколько отсутствие секретаря Николаевского городского совета нарушает баланс работы депутатского корпуса и что делать с незаконным исполкомом?

Во второй части интервью речь пойдет об отношении бывших мэров к закону об ОСМД (переход от ЖЭКов к «Объединению собственников многоквартирных домов»), о том, как Александру Мазурчаку удалось убрать МАФы в Каменец-Подольском, о том, к чему может привести нынешняя тарифная политика государства. Вы узнаете, кто именно отдал приказ устанавливать елку на Майдане, что послужило основанием для его первого разгона «Беркутом», а также о том, оказывает ли сейчас экс-мэр Николаева влияние на те процессы, которые происходят в городе.

Помимо того, что вы сами были секретарем горсовета, вы были мэром. Было ли у вас такое, чтобы законодательно исполком и структура городского совета, замы были неурегулированы? Исполком городского совета в Николаеве на данный момент, он потерял какую-либо легитимность. Он продолжает «работать», принимать какие-то решения. В него каким-то странным образом кто-то вошел, кто-то вышел, а никаких голосований на сессии не было.

Г: Не совсем так. Никто не выходил, никто не входил. В законе о местном самоуправлении четко указанно, что новый состав совета формирует новый исполком, вносит городской голова персоналии и количественный состав определяет. Сессия его утверждает, голосуют. После избрания нового состава городского совета и нового городского головы этого не произошло. Исполком остался с прошлого созыва в полном составе. Ни одного человека в состав не вводили. Городской голова не внес состав нового исполкома на рассмотрение сессии городского совета. В законе о местном самоуправлении четко сказано: «только городской голова».

Каким образом тогда в исполкоме оказался Олефир, который ведет заседания, который голосует. Вы, как находясь в оппозиции к действиям власти, вы молчите об этом.

Г: Мы не молчим. Мы пока не заявляем об этом публично в СМИ. Вопрос исполкома поднимался перед городским головой, и мы высказали ему свою позицию. Надеюсь, что в ближайшее время, нас услышат и внесут персональный состав исполкома. Потому что его легитимность, действительно, вызывает, мягко говоря, сомнения.

М: Закон о местном самоуправлении говорит еще и о непрерывности власти. То есть, в любом случае, на данной территории будет действовать старый исполком до тех пор, пока не появиться новый. Нельзя прерывать работу. Нельзя распустить, будет вакуум, и никто не будет работать на территории. Поэтому, это первый вопрос – должна быть непрерывность власти. А второй момент, проблема в том, что городской голова не имеет большинства в горсовете. И он не вносит на рассмотрение новый состав исполкома, только потому, что он понимает, что депутатскими фракциями могут быть не поддержаны его кандидаты и тогда, получается, он потеряет лицо перед горожанами. Поэтому, очень важно избрать секретаря городского совета, человека, который может консолидировать сессию, а от него, дальше методами консультаций и «сеяния» кандидатур, надо посмотреть и подобрать людей, чтобы одновременно, не по одному человеку начинать выдергивать, а одновременно можно было создать нормальный исполнительный комитет.

А вы не считаете, что на законодательном уровне необходимо изменить это? Так как сейчас мэр приходит, формирует свою команду, выносит на голосование депутатов, но если у него нет большинства, то он остается без единомышленников?

М: Считаю, но немного по-другому. Если мы говорим о том, что мы хотим перейти к партийной системе, тогда не должно быть самовыдвижения мэра. Мы должны сказать, что мэр должен выдвигаться от политических сил. Или же, мы должны пойти по западной модели. Когда мэр избирается сессией городского совета, тогда депутат избирается людьми, есть большинство, коалиция появляется в местном совете, они избирают мэра, они его поддерживают. Городской голова тогда может нормально формировать исполком, руководить городом, и они берут на себя всю ответственность за управление городом. Сегодня при этой системе, когда городской голова приходит самовыдвеженец, не имея политической поддержки в совете, а еще и если совет так сложно структуризирован как в Николаеве, то ему будет сложно управлять городом.

Вы успели поездить по городу?

М: Я был и раньше в Николаеве.

Не считаете ли Вы, что очень много будок, и много рекламы. Мы периодически наблюдаем конфликтные ситуации в городе, пикеты в мэрии. Чтобы вы посоветовали?

М: Я не люблю будки, поэтому, когда я стал мэром города Камянца-Подольского – я снес все эти МАФы. Это было очень сложно, при чем, оказалось, что у меня в Камянец-Подольске некоторые из МАФов «крышевал» даже заместитель министра внутренних дел. Это было все очень сложно. Чтобы снести первые МАФы, мне нужно было сделать прецедент. Суд не хотел принимать решение о сносе. Я как руководитель гражданской обороны, подписал приказ о том, чтобы провести учения: «Горят МАФы» и в связи с этим вывезти их из города. В 5 часов утра поднял по тревоге предприятия, они демонтировали МАФы, вывезли их больше 10 штук. Утром приходят люди, а МАФов нет. Они приходят к исполкому и говорят: «Где наши МАФы?». «Какие МАФы, а что они там были? Какие-то документы есть?», - ответил я им тогда. Было же все незаконно установлено. Они говорят: «Так мы вас по судам...». Я им: «До встречи в суде». Они приходят в суд, суд говорит: «Да конечно, мы сейчас его засудим, давайте документы». А документов то нет. Они опять ко мне, а я им говорю: «Время прошло за хранение ваших МАФов, вы будете еще платить нашему коммунальному предприятию?». Все забрали свои МАФы, развезли по селам, сделали из них курятники. В городе Киеве было намного сложнее. Я руководил этим направлением и 3,5 тысячи МАФов я снял, но сегодня, по данным, их не меньше 15 тысяч и эта борьба очень сложная. За каждым МАФом стоит или народный депутат, или министр, или силовик, прокуратура и поэтому, очень сложно с этим явлением бороться. На мой взгляд, здесь есть и экономические, и политические, и коррупционные составляющие. Поэтому, это сложно делать. Но, если мы хотим, чтобы это был цивилизованный город, если мы хотим, чтобы мы развивались и шли в Европу, то это позорное явление. Это могут быть какие-то современные, нормальные, хорошие, малые архитектурные формы налето, которые продают мороженное, которые обслуживают какие-то территории, где люди гуляют. Но такие будки по всему городу только позорят любой город.

Ваше одно из последних заявлений было о том, что если власть не сдвинет хотя бы на полгода введение нормы о переводе жилищного фонда в ОСМД, то это будет коллапс. Вас услышали?

М: Нет, меня не слышат. Более того, они не хотят этого делать. Более того, формируются целые кланы, которые заинтересованы в том, чтобы такой коллапс произошел. Год назад Верховный Совет принял Закон Украины «Об особенностях осуществления права собственности в многоквартирных домах» В соответствии с этим законом, с 1 июля, у нас исчезают ЖЭКи.

Государство самоустранилось от информирования граждан. Однако, если в ближайшее время жители не создадут объединение или самостоятельно не примут решение о форме управления домом, исполнительный орган местного совета назначит им управляющего. И тогда, не исключено, что новая компания существенно повысит плату за содержание дома и придомовой территории.

Мало того, на сегодняшний день нет главного документа, который регулировал бы проведение конкурса. Сегодня не разработано «Положение проведения конкурса». Этот документ не принят, потому что до сих пор не разработан Министерством. Второй момент. Мы провели конкурс, кто на этот конкурс приходит? Есть два варианта, или это ЖЭКи, которые переименованы в управляющие компании и ничего не меняется, или же еще хуже вариант, когда на рынке появляется 2-3 человека, создавшие вчера управляющую компанию. Они приходят в этот дом и говорят: «Мы вам в 2 раза уменьшим тариф». Вот давайте, мы вам будем содержать дом». Они выигрывают этот конкурс, у них нет ни людей, ни опыта, никакой ответственности за то, что они будут делать. Они собирают с людей деньги и потом с этими деньгами могут просто исчезнуть. Поэтому, речь идет о том, что на сегодня нет рычагов воздействия на эти компании, в законодательстве не прописано никаких гарантий, никаких требований, ничего этим компаниям. Люди станут заложниками этой ситуации. Мы говорим сегодня о том, что сначала нужно принять эти рычаги влияния на компании. Только так мы сможем защитить людей. Давайте объясним людям, что они должны делать». Не хотят они создавать ОСМД? Раньше как, почему ОСМД не создавалось? Потому что люди не хотели собраться, там нужно было больше 50% собственников квадратных метров, чтобы они собрались и провели собрание. А сегодня уже не надо. Сегодня собирается уже 4-5 человек, они приняли решения создание ОСМД и методом опроса можно подписать всех остальных, об этом не все знают. Вот почему мы и поднимаем этот вопрос.

Почему ваша политическая сила не возьмет на себя социальную нагрузку объяснить людям?

М: Взяли, начали. Мы выпустили свои специальные брошюры объясняющие, как создавать ОСМД, мы сделали специальный выпуск газет 1 миллион 200 тысяч экземпляров по созданию ОСМД, мы создали курсы обучения управителей, мы сделали в городе программу, которая называется «Наш дом», которая идет по объяснению. Во всех регионах наши депутаты стараются объяснять. Хоть это и не наша функция, но мы берем на себя такое обязательство.

Экс-министр по вопросам ЖКХ Кучеренко предполагает, что информационная политика была обеспеченна на не достаточном уровне просто по той причине, что некоторые люди заинтересованы в том, чтобы создались вот эти самые управляющие компании. Более всего за этим стоит заинтересованы местные советы, депутаты. Согласны ли Вы с таким предположением?

М: Не согласен. Этот закон разработан Верховным Советом. Для города, для местного самоуправления проблема не исчезает. Ведь люди, дома которых объединят в управляющую компанию, если это не качественная будет компания, если она завалит, заберет деньги и убежит, придут, все равно, к мэру, и он не сможет от них отделаться. Поэтому, заинтересованность мэров в том, чтобы было спокойствие в городе, чтобы дома обслуживались нормально, и чтобы они поддерживались не в аварийном состоянии. И каждый мэр, в этом кровно заинтересован. Потому что, если завалиться дом по его вине, он может сесть в тюрьму, а если без его вины, он будет решать вопрос, куда расселить этих людей. Поэтому, мэр заинтересован, чтобы жилье очень качественно обслуживалось. Он будет сейчас вынужден выдумывать или почему он должен будет перекрашивать ЖЭКи в управляющие компании, если у него нет настоящих управляющих компаний, или он должен будет искать настоящие управляющие компании, или он должен будет помогать их создавать для того, чтобы они были эффективными. Он втянут в это, и у него нет другого выхода просто. Поэтому, здесь не надо говорить, что есть какая-то выгода – это просто необходимость. Мы предлагали создать реестр управителей, которые прошли обучение, их аттестацию, выборы и создание черных списков тех, которые зарекомендовали себя не качественно. Потому что может быть такая ситуация, что человека выгнали из Черкасс, а он приехал в Николаев. Если бы такой реестр единый был, такого черного списка тех компний, которые некачественно занимаются фирмой, тогда для мэра и для депутатов это был бы сигнал о том, что они уже не могут передать им жилье. Второе, передача жилья должна проходить под контролем городской власти, они должны очень внимательно смотреть на квалификационные условия. Что, как эта компания создается, насколько этот человек приходит, кем он раньше был? За этим нужно очень внимательно смотреть. Поэтому, я думаю, что с привлечением общественности и жителей тех домов, обязательны, в конкурсной комиссии.

Буквально сегодня наш мэр встречается с инициативной группой, которая по слухам создана по инициативе одной из политических сил, утверждающая, что в формировании тарифов виновата мэрия. Кто на самом деле утверждает тарифы?

М: В то время, когда я был мэром, мэрия сама устанавливала тарифы, и была возможность тарифы устанавливать решением исполкома. Все тарифы принимались решением городского совета. Когда я был министром, вернее первым заместителем министра, работая в министерстве, мы с Алексеем Кучеренко, приняли решение о том, что все-таки, нужно создать регулятор, который бы забрал от мэра несвойственные ему функции установления тарифов, тем самым вывев его с политического давления этой составляющей. Потому что тарифы…Вы же не спорите, какая цена на колбасу. Она создается рынком, цена мяса, цена воды в этой колбасе и всего остального. Вы не возмущаетесь, почем стоит минута мобильного телефона и всего остального. Все зависит только от тарифов. У нас перешла страна на рыночные условия, все, кроме жилищно-коммунального хозяйства. Мы не понимаем того, что тариф должен быть такой, как сумма составляющих в этом тарифе. Он не может быть меньше, и не может быть больше. Если цена на газ выросла в 2 раза, то точно вырастет цена на тепло, потому что другого варианта нет. Поэтому, вместо того, чтобы зацикливаться на том, почему большой тариф на тепло или большой тариф на горячую воду или на холодную, мы должны обратиться к истокам, к цене составляющих этой воды. Вот, например, холодная вода, ее цена определяется на 40-50% в условии с электроэнергией. А стоимость электроэнергии определяется стоимостью угля и газа, а стоимость газа определяется стоимостью покупного газа и того, который мы добываем в Украине. Поэтому, если мы добываем в Украине больше – наш газ дешевле, все тарифы сразу становятся дешевле. Поэтому, на что надо смотреть? Не на то, почему тариф в городе большой, а почему нет баланса газа в Украине. А почему мы на это не смотрим, а потому что там является мафия, которая ворует этот газ и кому-то выгодно, чтобы газ был именно по такой цене.

Вы, будучи мэром города, ощущали на себе давление губернатора?

М: Нет, у меня не было давления.

За все 10 лет?

М: За все 10 лет было 6 губернаторов, саме родом с Камянца-Подольского. Город Камянец-Подольский был сам когда-то областным центром, там очень мощные традиции местного самоуправления, мы получили Магдебурзкое право на 120 лет раньше города Киева. Поэтому, город Камянец-Подольский никогда не подчинялся городу Хмельницкому. И для меня все мнения губернатора имели совещательный характер. Никогда у меня давления не было, никогда мне никто не поставил вопрос о каких-то откатах, никогда не было вопросов, связанных с «выделить кусок земли», или что-то еще… никогда. Но у меня были хорошие губернаторы, практически все, кроме одного. Никто и никогда не ставил дурных вопросов и такого давления не ощущал. Наоборот, когда мне нужна была какая-то помощь, например, в структурах я работал напрямую сам на Киев, а если мне нужно было какое-то письмо от губернатора, я мог в любой момент такое письмо получить.

Когда вы работали в Киеве, какие проблемы тогда возникали?

М: Проблем было миллион, то была столица. Если я вам скажу, что теплосети города Киева 4,5 тыс. км на трубном исчислении; 2,5 тыс – канализации и 3,5 тыс – водяных труб. Вы только представьте, все это изношено, 8 тысяч аварий в год, их надо ликвидировать.

Вы сейчас с Поповым общаетесь? Как его дело?

М: Оно будет еще целый год идти, потому что юридических оснований для его привлечения к ответственности нет, а это является политической плоскостью, а отпустить нельзя по политическим мотивам.

У Вас есть информация о том, кто давал команды на установку знаменитой елки перед разгоном Майдана?

М: За полгода до этого у нас выпал снегопад, которого до этого не было 120 лет, и я подал в отставку, потому что люди были не довольны тем, как мы справились. Мы справились за 3 дня, а люди хотели, чтобы мы поймали снег на лету, и его не было вообще. Поэтому я подал в отставку. Если бы я не подал в отставку, через полгода я бы сидел сейчас в тюрьме, как главный зачинщик революции. Потому что, в этот момент, осенью, когда принималось решение о елке, Попов был в отпуске, и первый зам подписал распоряжение об установке елки, где был пункт милиции для обеспечения общественного порядка, это подписал Голубченко, а не Попов. Потом, второе, чтобы было понятно. Мэр не имеет прямого влияния, он не может приказать ничего милиции. Более того, на этот момент было 4 команды «Беркута» из разных городов, стянутых в город Киев, и мы точно знаем о том, как это было. Тогда еще Президент Янукович сказал: «Давайте, надо разогнать, чтобы неповадно было». Вот такая была фраза брошена Клюеву. Клюев, мы глубоко в этом уверенны, дал команду беркутовцам разогнать таким жестким образом этих студентов, надеясь на то, что этого не будет больше повторяться. И «Беркут» абсолютно неадекватно действовал. Я вам больше скажу, когда они разгоняли этих студентов, в этот момент, на Европейской площади «Партия регионов» собирала свою сцену и где-то человек 20 от «Партии регионов» были избиты, точно так же, как все остальные студенты, потому что они не разбирали, били всех подряд. Это было абсолютно жестоко, бестолково и никому не нужно. Никаким образом, мэрия, в этом не участвовала.

А почему тогда Попова судят?

М: Потому что он не убежал. Он не считает нужным убегать, он считает, что он прав. Потому что истинные виновники убежали из страны, а кто-то должен быть виноватым. Поэтому, его назначили виноватым.

Юрий Исаевич, многие говорят, что вы условно до сих пор являетесь мэром Николаева, так как там по прежнему работают Ваши люди.

М: И слава Богу, что работают. Хорошо, что не получилось так, что одни ушли, а другие не пришли. Могло бы получится так, что они бы сказали: «Да ну его». Что бы было в городе, если бы они ушли, а новых не назначили? Это был бы коллапс развития.

Насколько Вы, Юрий Исаевич, действительно влияете на процессы, которые сейчас происходят в городе?

Г: Я должен сказать, что, безусловно, мои коллеги относятся ко мне с достаточным уважением. Естественно, при необходимости мы советуемся по тем или иным вопросам, или по тем или иным направлениям. Но мы же с Вами понимаем и прекрасно знаем, что ответственность полностью за все несет тот, кому городская громада окозала доверие – городской голова.

Так, получается, что Вы находитесь в очень выгодной ситуации. Вы оказываете влияние на процессы, которые происходят в городе, а ответственность несет Сенкевич.

Г: Если бы нас можно было бы подозревать, и, в частности, меня в какой-то деструктивности, в желании сделать так, чтобы городской голова всенародноизбранный и эта команда выглядели хуже, чем, допустим, при мне, то тогда конечно можно бы было поднимать этот вопрос.

Да, если бы Вы захотели, то Вы бы сделали.

М: У Вас есть факты саботажа работников, которые работали раньше?

Масса. В том числе и коррупционные действия.

Г: Ну, это отдельный разговор. Когда я слышу, что это «команда Гранатурова», то давайте говорить о том, что я вошел в Николаевский горосвет на короткий период. Я зашел тогда, когда команда практически вся была Владимира Дмитриевича Чайки. Мы точечно взяли новых людей. Взяли тогда на работу Юрия Борисовича Степанца, Евгения Валерьевича Шевченко и буквально еще 5-7 человек. Хотя процесс обновления руководящего состава коммунальных предприятий в серьез еще не начат даже сейчас. Мы планировали его серьезно начать после выборов. Однако сложилось, как сложилось.

М: «Наш край» готов голосовать за достойные кандидатуры, которые будет вносить мэр на должности.

Давайте еще раз вернемя к инфраструктуре города. Сейчас на Всеукраинском уровне идут разговоры о приватизации. Не будем брать большие заводы, опустимся на уровень ниже. Есть такие предприятия, которые влияют на жизнедеятельность городов. Это облтеплоэнерго, горгазы, и так далее. Должны ли такие структуры быть подчинены городским властям или есть необходимость развивать государственные либо частные монополии?

М: Мы считаем, что те предприятия, которые в городах, должны быть подчинены городам. Это должны быть коммунальные предприятия, от которых зависит жизнедеятельность городов. На сегодняшний день по действующему законодательству запрещена приватизация теплокоммунэнерго и водоканалов. Законами она сегодня запрещается.

Ни для кого не сектрет, что это запрет обходят путем концессии.

М: Концессия и аренда – это не плохо, если есть качественный арендующий или качественный концессионер. Но проблема была в чем? Проблема была в том, что такие предприятия никогда не были окупаемые. Они были дотационные. Поэтому в приходе порядочного инвестора не было экономической целесообразности. Приходил только аферист, который хотел забрать деньги из денежного потока, так как прибыли получить он не мог. Если тарифы будут полностью покрывать затраты, то тогда может появиться нормальный инвестор.

Г: Вот несколько коротких примеров в сфере обслуживания горожан. Возьмем общественный транспорт. Сейчас у нас есть маршрутное такси, которого в городе на бумаге было около 2000, а на самом деле его было намного меньше. Ситуация простая. Я несколько раз слышал заявление от городского головы, и я бы с удовольствием это поддержал и разделил это целеустремление, что если «маршрутчики» будут плохо работать, то он привезет из другого города или из другой страны. Любой инвестор может прийти только в том случае, если он будет понимать свою экономическую выгоду, хотя бы минимальную. Мы сейчас говорим о том, что тариф экономически необоснован, поэтому о какой выгоде может идти речь. Для того чтобы убрать маршрутное такси есть только один путь - это серьезно развивать городской общественный транспорт.

Создавать коммунальное предприятие?

Г: Безусловно.

А у нас подругому происходит. У нас все принимаются хаить коммунальное предприятие и говорить о том, что это пережиток советского союза.

М: Я приведу конкретный пример с ЖЭКами. Все говорят, что ЖЭК – это плохая структура. Да, она плохая. Потому что она пережиток советской системы. Говорят. Что ОСМД – это альтернатива ЖЭКам. Ничего подобного. ОСМД – это система управления домом, совместной нашей собственностью, а ЖЭК – это контора по выполнению работ по обслуживанию этого дома. Просто ЖЭК у нас имел другие функции. Он был владельцем этого дома, он был баллансодержателем, он был владельцем этих людей, потому что они должны были приходить к нему за паспортами на поклон. Этого быть не должно. Нужно быть слугой этих людей. Он должен для них выполнять услуги и получать за это деньги. Поэтому ЖЭК превратиться в обслуживающую контору. Не важно, как она будет называться. Он сдуется по своему количеству людей, останутся только те, которые работают и работают качественно.

И это будет экономически выгодно?

Г: Для того, чтобы было экономически выгодно, необходимо иметь хотя бы 1% рентабельность. У нас нет даже нулевой рентабельности на сегодняшний день. Когда люди говорят: «Мы исправно платим и не видим никакой услуги». Когда приезжаешь в какой-то микрорайон общаться с людьми, то люди берут тебя за руку и говорят: «40 лет не делался ремонт в подъезде». 40 лет назад у нас был махровый Советский союз и говорить о таких вещах не могли. Но мы понимаем, что на сегодня в тарифе даже нет уборки лестничных клеток, что тариф сегодня минимальный.

М: Сколько тариф сейчас по городу?

Г: У нас разная квартплата. Сейчас вводится подомовой тариф.

М: Ну, вот если, например, у вас 1.50 тариф, то если вы создали ОСМД, то уже нет НДС. Можете не пользоваться этими нормами советскими.

Г: Вы все правильно говорите и рассуждаете, как специалист, особенно хорошо разбирающийся в жилищно-коммунальном хозяйстве, но тот закон, он же напугал людей на сегодняшний день. С 1 июля ЖЭКи ликвидируют. В городе около 3 000 многоэтажных домов. Я вам скажу так. Если за остаток этого года удастся создать 100 ОСМД, во что я не верю, то у нас останется 2800 домов. Это же не решает никакую проблему, тем более одномоментно. Это направление, по которому надо двигаться достаточно долго. Мало того. Мы же с вами понимаем, что передать на балланс ОСМД дом нужно в нормальном состоянии, хотя бы с капитально отремонтированной кровлей и нормальными коммуникациями. Мы не будем говорить о покраске панелей в подъезде или оконных проемах. Говорим о капитальных вещах. Люди не потянут. Недавно мы были на субботнике по адресу Мира, 48. Там перед домом большой сквер. Я возмутился и спросил, где жители ОСМД? Мне показали председателя и еще трех человек. Восьмиподъездный огромный дом, в котором 96% людей – это люди старше 60 лет. Они всю жизнь прожили в этом кооперативном доме, который стал ОСМД. Они уже даже выйти не в состоянии. Им не позволяет здоровье, и не позволяют финансы содержать этот дом. Это все составляющие, которые надо прописывать законодательно. Мы должны решить одну самую важную проблему – дать возможность людям самим содержать эти дома для того, чтобы они могли материально, хотя бы приблизительно в состоянии это делать.

Многие говорят, в том числе и Вы, что надо местное самоуправление отделить от политики. Ведь горсоветы избираются от политических партий и начинается: «Ты не из моей партии, я с тобой разговаривать не буду» и тому подобное. У вас есть рецепт того, как решить этот вопрос?

М: Независимо от того, как они были избраны, по каким законодательным нормам, самое главное, что должно объединять этих людей – это проблемы города. Например, есть у вас на сегодня проблема – у вас нет нормального, хорошо созданного исполкома. Кто не дает сегодня обратиться к мэру и заявить о том, что он хочет набрать по конкурсу достойных людей на эти места и взять в конкурсную комиссию представителей из каждой фракции своего совета?

Так, коллеги Юрия Исаевича не дают. Юрий Исаевич согласен, а вот его коллеги из «Оппозиционного блока»…

М: Тоже дадут с удовольствием. Почему? Потому что они вместе будут выбирать исполком.

Они говорят: «Нет. У нас половина депутатов и мы хотим своего человека».

Г: Давайте так. Члены исполкома городского совета – это не должность, а представительская функция, которой наделяет сессия горсовета. Там есть люди, которые входят по закону, по должности – это заместители городского головы и управляющий делами и есть те, кого предлагают на рассмотрение.

М: Я в свое время решал этот вопрос. Это то, о чем говорит Юрий Исаевич. Пожалуйста, есть заместители, которые входят, а есть члены исполкома, если у «Оппоблока» есть желание завести своих людей, то пусть заводят. Но это не будут заместители. Это будут просто члены исполкома, которые будут сидеть и наблюдать за тем, не делают ли остальные что-нибудь плохое. И хорошо. Пусть со всех партий сидят. Но нужно сформировать вот эту часть людей профессионалов, которые будут работать, которым будут доверять.

Это то, что сделал Юрий Исаевич два года назад.

Г: Да, я предложил сессии городского совета, как городской голова, в рамках закона, предложил персональный состав исполкома и предложил количественный. Это положено по закону. Сессия практически единогласно проголосовала, поэтому он был абсолютно легетимным, и не было никаких проблем. Я глубоко убежден в том, что городского голову, который внесет кандидатуры членов исполкома, мы конструктивно поддержим. Если будет необходимость квотного представительства в исполкоме, если городской голова предложит такой принцип, потому что только он может вносить кандидатуры по закону, то я думаю, что фракции в городском совете выдвинут достойных людей, которые были бы членами исполкома.

М: Это не будет причиной для торможения.

Г: У нас нет никакого желания помешать, у нас есть желание помочь во всем, потому что мы не враги своему родному городу. Все, что конструктивно, все, что направлено на развитие, все, что направлено на решения, которые тем или иным образом улучшают инфраструктуру города, жизнь простого человека, его передвижения, его комфортное состояние, все безусловно будет поддержано. Мы очень конструктивно настроены. Мы за то, чтобы ничего не блокировать. Но я говорил, говорю и буду говорить, что городской голова, как и любой другой представитель городской власти, что он не может не считаться с теми, кому избиратели, на определенный период доверили носить депутатский значек. Неважно, в какой фракции депутат. Депутатов городского совета нужно уважать всех, надо с ними считаться и надо в обязательном порядке находить компромиссы и вместо политических разборок решать на сессии городские проблемы. Я уверен, что мы этому в этом созыве научимся. Безусловно, появится депутат, который будет коммуникатором, компромиссной фигурой, дипломатическим представителем между депутатским корпусом и исполнительными органами совета, и городским головой.

Беседовали Александра Вязникова и Андрей Семенов, специально для «Преступности.НЕТ»

    Фотофакт