Квартирный вопрос: о том, как «геройствуют» николаевские летчики

Читают: {{ reading || 0 }}Прочитали:{{ views || 7734 }}Комментариев:{{ comments || 0 }}    Рейтинг:(4640)   

К сожалению, так уж повелось в быту, когда вдруг появляется возможность хоть на десяток метров улучшить свои жилищные условия, человек становится перед выбором: или превратиться в животное, чтобы буквально выгрызть подвернувшуюся возможность, или все-таки, сохранив лицо, уступить жилье более нуждающемуся.

И, заметьте, сейчас я не говорю о том, что выбор предстоит сделать между своей прихотью и законом. Ведь знаю, что в Украине закон – скорее орудие в руках у власти, нежели гарантия реализации того или иного права человека. Но в данной ситуации, которая будет описана ниже, как по мне, закон оказался в силе выполнить это свое главное предназначение. Это можно понять, если хорошенько разобраться. Признайте, товарищи, в наше-то время такое редко случается.

Когда слово министра – уже не закон, а мать двоих детей для летчика – соперник

На февральскую сессию Николаевского городского совета предполагается к рассмотрению депутатов вопрос о предоставлении служебной двухкомнатной квартиры по улице Тернопольская, 79-б старшему солдату воинской части А3406 Ирине Иваниной.

Все соответствующие и необходимые для этого документы находятся на рассмотрении исполкома. До этого вопрос прошел все стадии согласования и готов быть принятым.

Стоит сказать, что квартира эта пустеет уже более полугода, и ситуация с заселением в нее новых хозяев могла разрешиться ранее, если бы не одно «но». Дело в том, что претендентов на квартиру оказалось двое.

Так, кроме старшего солдата Иваниной, свое право на то, чтобы занять освободившуюся жилплощать, принялся отстаивать летчик, заместитель командира авиационной эскадрильи воинской части А4465 Вадим Дзюбенко. И для того, чтобы превратить все это действо в своеобразную «войну», он уже успел подключить в дело журналистов, которые отчего-то согласились принять его сторону, безоговорочно опорочив Ирину Иванину и не поведав своим читателям всю историю в целом.

В описанном и опубликованном рассказе герой Дзюбенко, конечно же, стоит первым в списке претендентов на квартиру, мол, его кандидатура рассматривалась раньше, и закон на его стороне. Но, делая такие заявления, и автор статьи, и сам майор лишь вводят всех в заблуждение, и далее по рассказу вы поймете почему.

Ирина Иванина после смерти тяжело больного мужа, летчика запаса, в 2011 году осталась одна с двумя детьми. Служебным жильем обеспечена не была, а подвернувшаяся возможность распределения ей освободившейся двухкомнатной квартиры была очень кстати. И ее история с появлением в списке военнослужащих, претендующих  на жилплощадь в первую очередь, начинается задолго до того, как квартира по Тернопольской опустела.

Дело в том, что когда ее муж Александр Иванин заболел, мать Ирины обратилась в Министерство обороны Украины, чтобы просить за дочь об улучшении ее жилищных условий. Ответ на это письмо прислало уже главное квартирно-эксплуатационное управление Вооруженных сил Украины. В нем было определено распоряжение министра, которым солдата Иванину обязуются обеспечить служебным жильем при первом же соответствующем распределении.

То есть, почти за год до того, как в Николаеве освободилась служебная квартира по Тернопольской, Иванина уже имела на руках бумагу, гарантирующую ее право на первую освобождающуюся квартиру.

Кроме этого, в октябре текущего года солдат была на приеме у Министра обороны Украины Дмитрия Саламатина, который также лично распорядился, чтобы ее обязательно обеспечили квартирой, причем уже именно освободившейся на Тернопольской.

- Мы все - люди военные. Если есть решение вышестоящего органа… Тем более, по служебному жилью у министра обороны, как у хозяина, есть право своим решением перераспределить его, у него неограниченные полномочия в этом плане. И если он принял решение, то оно должно быть реализовано, - рассказывает начальник жилищной группы в квартирно-эксплуатационном отделе (КЭО) Николаева Николай Соин.

Но, эта история свидетельствует о том, как отдельные командиры и военнослужащие перестали принимать распоряжения своего начальства как неоспоримую истину, пытаясь при этом помериться силами с матерью двоих детей!

Возникает вопрос, а сможет ли тот военнослужащий, который так явно выдает себя в этой «войне» за жилплощадь, впоследствии яростно и предано защищать в настоящем бою надеющихся на его помощь женщин, детей? Как он будет вести себя тогда, если уже сегодня, в мирное время, он плевать хотел на то, что кто-то, слабее чем он сам, нуждается в помощи и поддержке?

Летчик, считающий себя героем, уступать не смеет?  

Возвращаясь к тому, с чего начиналась история, следовало бы поведать, что в апреле текущего года квартиру по Тернопольской освободил полковник запаса Ястребов. Он некоторое время назад служил в николаевской воинской части А4465, в связи с чем и занимал служебное жилье. Дело в том, что позднее он продал полученную ранее ведомственную квартиру в Саках, где служил в свое время, купил за вырученные средства четырехкомнатную в Николаеве и, таким образом, улучшил жилищные условия за счет Министерства обороны Украины.

После этого, по логике вещей, освободившуюся квартиру должен занять тот, у кого есть на это законное право. Собственно, такое право имеет каждый, кто проходит службу в соответствующем гарнизоне и еще не был обеспечен жильем ранее. Но для этого, конечно же, необходимо придержаться всех норм закона. При этом стоит отметить, что в отличие от процедуры распределения постоянного жилья военнослужащим, при распределении служебной жилплощади как таковой строгой очереди не существует, кроме того, не действуют и привилегии, связанные с наличием того или иного звания. То есть, старший солдат имеет такое же право получить служебную квартиру, как и, к примеру, летчик.

Увы, майор Вадим Дзюбенко так не считает. И в материалах средств массовой информации, которые однобоко повествуют о сложившейся ситуации, апеллируют тем, что летчик - все-таки должность поважнее солдата, в связи с чем ему и положено быть всюду на передовой, в том числе, и очередь перед ним обязана расступиться. Но забываются те, кто так утверждает, закон такое правило не устанавливал!

- В армии если есть какие-то должности, то они важны все. А приоритет тех или иных среди них регулируется денежным содержанием. Если считают, что летчики нужнее, то им платят от 8 до 12 тысяч гривен, а обслуживающий персонал получает  от 1,7 до 2,5 тысяч гривен. Но работы ведь у них не меньше от этого. А когда летчик пафосно считает себя героем и идет на работу как на героический поступок - это уже не летчик. Для летчика-профессионала – это его работа, и он должен быть профессионально подготовлен к ней, должен серьезно относиться, а не так: я герой, и все мне должны. Государство тебе, соответственно, за нее платит. При своей зарплате ты можешь хорошую квартиру двухкомнатную снять. А солдат себе такого позволить не может, - высказался Николай Соин.

Но, судя по всему, для Дзюбенко незнакомо понятие «уступить», а тем более сделать это в пользу солдата, которая (не стоит забывать об этом) осталась одна с двумя детьми на руках после смерти мужа, такого же летчика в прошлом.

А ведь немаловажным является и тот факт, что с 2005 года майор занимает служебку по соседству с освободившейся квартирой. Правда, квартира, занятая им, однокомнатная, но достаточно крупногабаритная. Как отмечают в квартирно-эксплуатационном отделе (КЭО) Николаева, ее вполне достаточно для семьи с маленьким ребенком, ведь у некоторых других служащих условия и того хуже.

Сам же Дзюбенко всеэто опровергает это и рассказывает журналистам о том, как ему тяжело готовиться к полетам в связи с теми бытовыми условиями, с которыми ему приходится мириться. Но, на минуточку, ведь в военном городке в Галициновке уже готов к сдаче новый дом, где квартиру может получить каждый желающий военнослужащий. А ведь там есть и двухкомнатные, и трехкомнатные квартиры. И если летчик на самом деле настолько нуждающийся, отчего же он до сих пор в очередь не встал? Не от того ли, что стоимость этих квартир ниже рыночной? Хм…

Так или иначе, а Дзюбенко все-таки решил идти по другому пути, чтобы улучшить свои жилищные условия вопреки воле закона. Он пошел в суд и… проиграл!

Как командир с майором «запрягали телегу впереди лошади…»

Инструкция «Об организации обеспечения военнослужащих Вооруженных Сил Украины и членов их семей жилыми помещениями» гласит, что «…предложения касательно распределения освободившихся жилых помещений подаются начальниками КЭО района совместно с начальниками гарнизонов на рассмотрение Комиссии по контролю над распределением жилья в гарнизонах ВС…».

То есть, как объяснили в КЭО, в первую очередь начальник гарнизона совместно с начальником КЭО должны были решить, в фонд какой части эта квартира будет зачислена, чтобы в дальнейшем командир данной части принял решение, кому из его подчиненных пора бы получить жилплощадь. 

В этой же ситуации данную норму закона попросту проигнорировали, и после того, как Ястребов выехал из служебки на Тернопольской, Дзюбенко вместе с командиром своей части, полковником Помогайбо обратились в КЭО с требованием о распределении квартиры уже персонально майору.

- Люди, так сказать, запрягли телегу впереди лошади. Квартира еще в 2004 году была заслужебленная за КЭО, есть соответствующий документ, подписанный городским головой Владимиром Чайкой. Эту квартиру распределяли военнослужащим, а не именно этой части. А командир почему-то решил, что эта квартира его. Или его ввели в заблуждение, - объяснил Николай Соин.

То есть, фактически получается, что решение об окончательном и неоспоримом праве  Дзюбенко претендовать на эту квартиру было преждевременным. Бесспорным является факт, что у него есть право претендовать на жилплощадь, но в том случае, когда имеется человек, который нуждается в улучшении жилищных условий больше, он вряд ли может занять первое место в списке.

Так или иначе, а 5 мая, вопреки этому, командир части издает свой приказ о распределении квартиры летчику. Спустя два дня, 7 мая, собирается заседание жилищной комиссии Николаевского гарнизона, которая принимает решение ходатайствовать за Дзюбенко.

Интересным является то, что в полномочия гарнизонной жилищной комиссии вынесение таких решений не входит. В ее праве лишь согласиться с уже имеющимся решением или не согласиться. Получается, что ситуация еще больше запуталась, и вовсе стало непонятным, кто в итоге прав, а кто будет нести за все это ответственность.

И, несмотря на то, что он изначально нарушил инструкцию, командир части Помогайло вместе с Дзюбенко продолжают, как говорится, гнуть свою линию, и в КЭО приходит письмо с настоятельным требованием о распределении квартиры, датированное 24 мая.

- Мы никогда не сталкивались с таким беспределом. Мы устно пытались беседовать с ними, разговаривать. Но раз так, то, выдержав все сроки, 24 июня мы им ответили аргументировано, почему командир части должен этот приказ отменить. Реакция, конечно же, последовала такая, что мы занимаемся противозаконной деятельностью, что эта квартира их, и они намереваются обращаться в прокуратуру,  - рассказал представитель КЭО Николай Соин.

И здесь начинается самое интересное. Как и положено, по закону начальник Николаевского гарнизона, полковник Иванов обращается в КЭО, чтобы поинтересоваться, какие у него есть предложения по поводу того, кому распределить квартиру на Тернопольской. КЭО не заставляет себя долго ждать и в тот же день отвечает полковнику. Они, конечно же, настаивали, что среди военнослужащих, кому в первую очередь полагается предоставить служебную квартиру, значится старший солдат, вдова летчика запаса Ирина Иванина, которая с двумя детьми живет на съемной квартире и на данный момент не имеет возможности в связи со сложным материальным положением улучшить жилищные условия за свой счет.

- Сам начальник гарнизона на это нам не ответил. Он ушел в отпуск, и тогда его заместитель, полковник Грицаюк, снова ссылаясь на неправомерный приказ командира части и решение жилкомиссии гарнизона, потребовал распределить квартиру Дзюбенко. Его, наверное, переубеждали. Мы получили такой ответ, у нас появились разногласия, в итоге мы написали два письма: одно - в Одессу, где находится территориальный КЭО, чтобы там воздействовали на данную ситуацию; второе – в Киев, в главКЭУ, то есть, на инстанцию, которая выносит окончательное решение. К письмам прикрепили оба жилищных дела – Иваниной и Дзюбенко, - поведал Соин.

И уже 11 сентября собирается заседание комиссии по контролю за распределением жилья в гарнизонах Вооруженных Сил Украины, решением которой квартира закрепляется за Ириной Иваниной.

А Вадим Дзюбенко тем временем пытается опротестовать действия КЭО в суде. Однако, своим постановлением Николаевский окружной административный суд, казалось бы, расставляет все точки над «ё», объясняя, что все действия отдела были правомерными. 

Но в день его вынесения он подает еще один иск уже на начальника гарнизона, который, по мнению майора, тоже нарушил закон, действуя, миновав приказ командира части.

Судебное заседание по этому иску состоялось 26 декабря. При этом слушание дела в очередной раз перенесли. Но, как прогнозируют в КЭО, принятое им решение не сможет повлиять на то, кому предстоит заселиться в квартиру. Эти судебные перипетии могут разве что затянуть ситуацию, но явно не перевернуть ее с ног на голову.

Вместо заключения: о непрофессионализме и агонии

Сама Ирина Иванина верит в то, что ситуация вскоре разрешиться. Да и ни у кого другого сомнения в этом нет. Разве только Дзюбенко еще пытается отстоять неправомерный приказ своего командира.

Огорчает еще и то, что уже даже после того, как суд дал свои разъяснения по этому поводу, в СМИ безнаказанно появляются материалы, которые, мягко говоря, поданы однобоко, без предоставления всех имеющихся документов, при этом журналист, судя по всему, даже и не пыталась разобраться в ситуации, связавшись со второй стороной.

Интересно, чего стоил материал под названием «Крутые виражи на квартирном небосклоне» в газете центральных органов исполнительной власти Украины «Урядовий кур’єр»? Понимает ли автор данного материала, ради чего он, собственно, становится на одну сторону, берет ли он на себя ответственность за то, какая реакция последует после публикации? Я думаю, что это еще только предстоит выяснить. И, возможно, даже в суде. 

Катерина Вовченко, специально для «Преступности.НЕТ»

Катерина Вовченко


Комментариев: {{total}}


русскийобщество